С этими словами она подмигнула и скрылась за дверью, оставив меня наедине с Кириллом.
В квартире повисла напряжённая тишина. Я почувствовала, как внутри поднимается тревога. Вдруг передо мной действительно совершенно незнакомый человек? В голове всплыли слова Андрея: «Будь осторожна.»
Я стояла, не зная, что сказать. Кирилл тихо наблюдал за мной, но я не могла убрать из головы тот страх, который внезапно охватил меня.
— Может, сядешь и расскажешь, что здесь происходит? — мягко сказал Кирилл, нарушив молчание.
Я молча кивнула, не зная, как продолжить разговор. Мозг работал на пределе, пытаясь собраться с мыслями. Страх не покидал меня, но я старалась держать себя в руках.
Я сжала руки в замок, пытаясь унять дрожь, но в груди всё равно продолжало неприятно сжиматься.
— Я... — мой голос предательски дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Уже больше недели мне приходят странные сообщения от тайного поклонника. Сначала это были просто сообщения, а потом... подарки, открытки, записки с намёками.
Я сделала глубокий вдох.
— Но самое страшное — это угрозы. Он предупреждает, что если я расскажу о нём кому-то или пойду в полицию, будут последствия. Я не знаю, что он имеет в виду, но... мне страшно.
Кирилл наклонился чуть ближе, его глаза сузились, а выражение лица стало более серьёзным.
— Ты понимаешь, что ты только что сделала? — его голос был ровным, но я почувствовала в нём холодок.
Я замерла, не понимая, куда он ведёт разговор.
— Ты рассказала мне всё, что не должна была говорить.
—Ты на что-то намекаешь?
— Никаких намёков, — сказал он, не сводя глаз с моего лица. — Я просто напоминаю тебе, что он тебя просил молчать, а ты всё рассказала мне. Ты же понимаешь, что могут быть последствия? Вдруг я и есть тот самый поклонник?
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Моё сердце пропустило удар, и я замерла, не в силах пошевелиться.
— Ты… ты что, серьёзно?
Он поднялся со своего места, и, не сводя с меня взгляда, взял нож. Внутри всё напряглось, но через мгновение он лишь отрезал небольшой кусочек пирожного, а затем, не спуская с меня глаз, медленно откусил.
— У твоего тайного поклонника хороший вкус, — усмехнулся он, явно наслаждаясь своей небольшой провокацией.
— Ты… ты меня пугаешь Кирилл, — выдавила я, не в силах скрыть дрожь в голосе.
— Эмма. — Кирилл улыбнулся. — Я не твой поклонник. Я просто хотел посмотреть, как сильно ты испугаешься.
Сказав это, он спокойно отложил нож и, словно ничего не произошло, вернулся на своё место.
Я всё ещё не могла прийти в себя от пережитого напряжения, но, услышав его слова, почувствовала, как некоторое облегчение затопляет меня. Я вздохнула, пытаясь вернуть контроль над собой.
— Ты дурак, — буркнула я.
— Ну да, я дурак, зато ты не испугалась так сильно, как я ожидал.
Я отвернулась, пытаясь скрыть свою растерянность.
— Можешь не насмехаться. Ты реально меня напугал.
— Ладно, — сказал Кирилл, улыбаясь, — показывай, что он тебе там пишет?
Я крепче сжала телефон в руках.
— Ну уж нет, — отрезала я. — Я тебе теперь вообще ничего рассказывать не буду.
Он вздохнул и покачал головой.
— Ну, Эмма, эта была шутка, я идиот, знаю, показывай давай. — Сказал он с искренним сожалением в голосе.
— О, нет, давай закроем эту тему. Я не буду тебе ничего показывать. Забудь.
Кирилл внимательно посмотрел на меня и с сожалением произнеc:
— Ну Эмма...
— Нет! — я резко подняла руку, будто отталкивая его слова.
Он замолчал. На несколько секунд в комнате повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов и моим учащённым дыханием. Кирилл смотрел на меня пристально, но без привычной усмешки — серьёзно, будто впервые почувствовал, что зашёл слишком далеко.
— Ладно, — тихо сказал он. — Прости. Я перегнул палку.
Я глубоко вздохнула:
— Всё нормально... просто… давай закроем тему.
Кирилл чуть приподнял бровь.
— Значит, не расскажешь?
Я повернула голову, глядя на него с лёгкой усмешкой, больше для того, чтобы разрядить обстановку:
— Не расскажу. Засекречено.
— Засекречено? — он хмыкнул, но глаза оставались серьёзными.
— Да. — Я постаралась улыбнуться чуть увереннее. — Давай... потом. Когда-нибудь.
Кирилл наклонил голову набок, прищурился.
— Потом, говоришь? А если тебя похитят раньше? — произнёс он с лёгкой усмешкой, но в голосе проскользнула тень тревоги.
Я фыркнула, качнув головой.