— Кирилл… — я стиснул зубы. — Не начинай!
— А я и не заканчиваю, — перебил он. — Ты спрашиваешь, влюблён ли я в Эмму? А если да?
— Если да, то ты наступил не на ту территорию.
— Андрей… — он вздохнул, и в этом выдохе было что-то похожее на усталость. — Ты никогда не говорил, что она тебе нравится.
— А мне нужно было об этом кричать? — сорвался я.
В трубке повисло напряжённое молчание. Я слышал, как Кирилл тяжело выдохнул, словно обдумывая что-то, но мне было плевать. Я продолжил.
— Ты ведь понимал, да? — мой голос стал тише. — Понимал, что между нами с Эммой не просто рабочие отношения?
— Может, и понимал, — наконец сказал он. — Но ты же никогда ничего не делал.
— Что ты несёшь?
— Ты держал её рядом, Андрей. Но никогда не делал шаг вперёд. А я сделал.
Я почувствовал, как внутри всё закипает.
— Ты серьёзно сейчас? Ты хочешь сказать, что это моя вина? Что я должен был… что? Пометить территорию?!
— Ну, хотя бы дать понять, что она занята, — усмехнулся Кирилл.
— Ты не о девушке сейчас говоришь, а о собственности, — процедил я.
— Не передёргивай, — его тон стал прохладнее. — Я не виноват, что тебе понадобилось слишком много времени, чтобы признать, что она тебе не безразлична.
Я почувствовал, как во мне закипает гнев. В висках стучало так сильно, что слова едва проходили сквозь зубы.
— Кирилл… — выдохнул я.
— Да, — продолжил он, и в его голосе уже не было насмешки, только холодная обида. — Ты однажды забрал у меня всё. И думаешь, я снова позволю это сделать? Ошибаешься. Эмма будет моя.
Его слова прозвучали как приговор.
Я сжал телефон так, что побелели пальцы.
— Это не игра, Кирилл. Это не просто девушка, с которой ты можешь поразвлекаться.
— А ты уверен, что для тебя она не просто очередной трофей?
Я замер, стиснув зубы. Его слова больно резанули по живому.
— Как ты смеешь так говорить? — мой голос стал глухим, хриплым. — Эмма для меня никогда не была и не будет трофеем.
— Разве? — Кирилл усмехнулся, но смех был пустым, без радости. — Ты всю жизнь собирал их. Победы. Людей. Девушек. Всё, что могло доказать — ты лучше меня. Даже когда не хотел, ты всё равно получал своё. А я? Мне оставались крохи.
Я закрыл глаза на миг, в груди нарастала глухая ярость.
— Не смей втягивать её в наши старые счёты, — выдавил я. — Она ни при чём.
— Ошибаешься, — холодно перебил он. — Она — единственное, что у нас с тобой общее сейчас. И единственное, что покажет, кто из нас сильнее. Но тут... я выйду победителем. Потому что я изменился. Я больше не тот наивный Кирилл, у которого ты однажды всё отнял.
— Кирилл… — я с трудом выдохнул. — Если ты хоть раз сделаешь ей больно…
— Что тогда? Убьёшь меня? — перебил он, и в его голосе мелькнула мрачная усмешка.
Я замолчал.
В трубке повисла пауза.
— Нечего ответить? — прохладно произнёс Кирилл. Тода запомни: она — моя. И это не угроза. Это факт.
Он не стал ждать ответа.
Линия оборвалась.
Я смотрел на экран телефона, чувствуя, как напряжение в груди с каждой секундой нарастает. Кирилл. Он знал, что делает.
Я развернулся и со всей силы ударил кулаком по ближайшему фонарному столбу. Боль пронзила костяшки, но мне было плевать. Хоть что-то реальное в этом чертовом хаосе.
Глубоко вдохнув, я быстрым шагом направился обратно.
Когда я вошёл в квартиру, она сидела на краю кровати, склонив голову. Услышав звук двери, она тут же подняла взгляд.
— Ты разговаривал с ним? — её голос дрогнул.
— Да, — бросил я, убирая телефон в карман.
— О чём?
Я усмехнулся, качая головой.
— О том, что он не собирается отступать.
Она нервно сглотнула, опустив взгляд.
Я шагнул ближе, сверля её глазами.
— Эмма, ты же скажешь ему, что у вас ничего не может быть?
Эмма замерла, будто боялась ответить.
— Эмма, — я повторил жёстче.
— Я просто… — она провела рукой по волосам, тяжело выдохнув. — Я не хочу его обижать.
Я резко выдохнул, чувствуя, как злость накатывает новой волной.
— Ты прикалываешься? Обижать? Тебе что тринадцать лет? — мой голос стал еще жёстче. — Двадцать минут назад ты лежала в моей кровати, целовала меня, стонала моё имя… — Я наклонился ближе, чувствуя, как она напряглась. — А теперь не хочешь обидеть Кирилла?
Она поднялась с кровати, сделала шаг ко мне, но я отстранился.
— Андрей…я просто…
— Что просто, Эмма? Послушай… — мой голос немного смягчился. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя между двух огней. Но я должен знать одно: ты же выбрала меня?
Её губы дрогнули, но ответа не последовало.