— Не знаю, — протянул я. — Мне сначала нужно заехать к родителям, а там посмотрим.
— Вот и отлично! — с энтузиазмом воскликнул Никита, хлопнув меня по плечу. — А это... Эмма? — Никита перевёл взгляд на Эмму, хитро прищурившись.
— Да, — сказал я, не скрывая лёгкую усталость в голосе. — Моя сотрудница. Работает у меня. Мы с ней хорошие друзья.
Никита посмотрел на меня, затем на Эмму, и с улыбкой добавил:
— Ага, друзья, — протянул Никита с лёгкой ухмылкой. — Ну что ж, рад познакомиться, Эмма. Я Никита, лучший друг Андрея. Может, ты бы тоже к нам присоединилась?
На несколько секунд повисла тишина. Эмма чуть заметно сжала губы, словно взвешивая своё решение.
— Если Андрей не против, то, возможно, я бы и присоединилась.
Никита тут же расплылся в довольной улыбке.
— Конечно, он не против! — воскликнул он. — Да как вообще можно быть против того, чтобы провести день рождения в компании такой красивой дамы? Правда, Андрей?
Я перевёл взгляд на Эмму. Щёки у неё мгновенно вспыхнули румянцем, но она сделала вид, что не замечает этого.
Я ничего не ответил. Просто развернулся и спокойно сказал:
— Пошлите уже.
Пока мы шли к машине, Никита наперебой предлагал варианты, где можно отметить: сначала ресторан, потом бар, затем загородный дом его знакомого. Но каждый раз либо я, либо Эмма находили причины отказаться — то слишком шумно, то далеко, то просто не хотелось лишней суеты.
В конце концов, после недолгих споров мы сошлись на самом простом варианте — собраться у меня дома.
Подойдя к машине Никиты, я заметил, как он с привычным задором укладывает чемоданы в багажник. Он явно был в своём элементе, не переставая болтать о предстоящем вечере.
— Так, с выпивкой разобрались? — продолжал он, закрывая багажник. — Кто что будет пить? Я, например, возьму что-то крепкое. Эмма, ты как? Вино или тоже что-то покрепче? — Он подмигнул ей, потом посмотрел на меня с улыбкой. — А с едой как? Ты ведь опять ничего в холодильнике не держишь, как всегда?
Я только усмехнулся в ответ. Это было в духе Никиты — он всегда знал, как подшутить, но тут же быстро добавил:
— Ладно, не переживайте, я всё куплю. Никаких проблем, всё будет.
Он открыл дверцу машины и, садясь за руль, повернулся ко мне и спросил:
— Так, кого первого везем домой? Эмму?
— Да. — Я тихо кивнул и Никита плавно тронулся с места.
Время от времени Никита задавал нам какие-то пустые вопросы, но мы едва ли на них отвечали. Когда мы подъехали к дому Эммы, Никита остановил машину у подъезда, и, прежде чем я успел что-то сказать, он уже выскочил, чтобы достать чемодан из багажника.
Я тоже вышел. Небрежно оперся о капот и, скрестив руки, стал наблюдать за Никитой.
Он открыл багажник, достал чемодан, а Эмма, стоя рядом, нервно приглаживала волосы, бросая быстрые взгляды по сторонам.
— Спасибо вам, что подвезли, — сказала она, когда Никита положил чемодан на тротуар.
— Не за что, — ответил он с улыбкой. — Увидимся вечером.
— Во сколько? — ответила Эмма, стараясь скрыть лёгкое волнение.
— К восьми, — перебил я, пытаясь выглядеть спокойным.
— Отлично, — Эмма взглянула на время. — А адрес?
— Я напишу, — ответил я.
Эмма кивнула в ответ и, улыбнувшись, направилась в подъезд. Мы ещё некоторое время смотрели ей вслед, пока она не скрылась за дверью.
— А теперь куда? — Никита хлопнул багажник и посмотрел на меня, ожидая ответа.
— К родителям, — коротко сказал я и снова сел в машину.
Когда мы подъехали к дому родителей, я почувствовал, как внутри всё сжалось. Я вышел из машины и почувствовал знакомый запах свежего воздуха. Это был тот самый дом, где я вырос, где прошло моё детство, но из-за работы и других дел я почти не бывал здесь. Это было место, которое когда-то казалось всем, а теперь стало почти пустым.
Тишина вокруг ощущалась гнетущей. Всё было, как раньше — та же старая сосна у забора, тот же двор, в котором я когда-то играл с братом. Но что-то в этом доме изменилось, и я сам стал каким-то чужим здесь.
Я поднялся по ступеням и, чуть задержавшись, позвонил в дверь. Внутри послышались шаги, и вскоре дверь открылась. Передо мной стоял отец, его лицо, как и раньше, выражало смесь удивления и радости, но в его глазах я заметил нечто большее — возможно, недосказанные вопросы, недовольство за все эти годы.
— Ну что, наконец-то, — сказал он, открывая дверь шире. — Заходи, сын.
Весь этот момент был полон смешанных чувств. Я почувствовал, как старые воспоминания начинают всплывать, как мне становится стыдно и одновременно тепло.
Мои отношения с родителями всегда были… сложными. Я рос в доме, где царила стабильность и порядок, но я никогда не чувствовал настоящей близости. Отец был строгим, требовательным, и его любовь я всегда воспринимал как нечто условное, что нужно было заслужить. Он всегда ставил передо мной высокие цели, заставлял быть лучше, быстрее, сильнее. Я понимал, что это его способ показывать заботу, но часто мне казалось, что он просто не видит меня таким, какой я есть.