— Умереть? Хорошо, — он пожал плечами, будто мы обсуждали погоду. — Я могу устроить это прямо сейчас. Всадить пулю в лоб. Быстро. Тихо. Без лишних слов. Но подумай, прежде чем говорить такие слова.
Он не полез за пистолетом. Не повысил голос. Просто стоял и ждал, смотрел, как я перевариваю его слова.
Я сжала зубы, чувствуя, как адреналин растекается по венам.
— Ты блефуешь. Даже если бы я попросила, ты бы не выстрелил, — сказала я тихо, но твёрдо.
Повисла тишина.
И вдруг — взрыв.
В следующую секунду моя спина ударилась о стену, а его ладонь сжала мою шею, не до боли, но ровно настолько, чтобы пробежал холодок и дыхание сбилось на вдохе.
— Ты ошибаешься Эмма...
Его голос прозвучал тихо, почти ласково, но в нём была стальная уверенность, от которой похолодело внутри. Ладонь на моей шее не сжималась сильнее, но её неумолимое давление напоминало капкан.
— Пуля — это слишком милостиво. Слишком быстро. Слишком... просто для такой строптивой девушки, как ты.
Он приблизил губы к самому уху, и его дыхание обожгло кожу.
— Я буду ломать тебя постепенно. Сначала твою волю. Каждым прикосновением, каждым словом. Потом — твою гордость. Заставлю тебя просить о том, за что сейчас ненавидишь.
Его зубы слегка сжали мочку уха.
— А когда от твоего сопротивления не останется и следа... твоё собственное тело будет умолять о моём прикосновении. Без всяких пуль. Ты сама отдашь мне всё, что сейчас так яростно охраняешь.
Его пальцы разжались. Он отступил на шаг, лицо внезапно стало пустым – ни злости, ни страсти, только холодная усталость.
— Тебе десять минут. Собирайся.
— Что?
— Ты слышала, — он уже доставал ключи от машины из кармана, не глядя на меня. — Десять минут. Если не выйдешь – зайду и вынесу тебя на руках.
Кирилл спокойно развернулся и вышел.
Всё внутри будто сдвинулось с места — дыхание сбивалось, сердце било в горле, а мысли срывались на бег.
«Собирайся», — отозвались его слова эхом в голове. Приказ. Не просьба. Не диалог. Как будто я — вещь, которую можно забрать.
Я стиснула челюсть, но всё равно пошла в спальню. Не потому что он сказал, а потому что, если останусь, будет хуже. Потому что он и правда может зайти. И унести. А мне хотелось хотя бы сохранить иллюзию, что я всё ещё решаю хоть что-то сама.
Я открыла шкаф, на автомате схватила джинсы, худи, бросила в сумку паспорт, зарядку, телефон. Пальцы дрожали, я несколько раз роняла вещи, ругалась шёпотом. На всё про всё ушло меньше пяти минут.
Выйдя на улицу, я сразу увидела его чёрную машину у обочины. Мотор работал. Он сидел за рулём, листая что-то в телефоне.
На секунду захотелось развернуться и убежать. Но я лишь плотнее обхватила шлейку своей сумки и пошла вперёд.
Открыв дверь машины, я молча опустилась на пассажирское сиденье, стараясь не смотреть в его сторону. Воздух внутри казался тише, чем снаружи — как будто даже машина чувствовала, что лучше промолчать.
— Пристегнись, — сказал он ровно, не отрывая взгляд от телефона.
— Сама знаю, — буркнула я, защёлкивая ремень с чуть резким щелчком.
Он повернул голову и скользнул по мне взглядом.
— Хорошо, — произнёс он с лёгкой улыбкой и в следующую секунду надавил на газ.
Машина ехала плавно. Он не говорил ни слова, а я — тем более. Я смотрела в окно, стараясь не думать. Не чувствовать. Не вспоминать.
Минут через двадцать он свернул с главной трассы и остановился на парковке перед каким-то зданием.
— Вылазь, — сказал он спокойно, заглушив мотор.
— Что это? — я нахмурилась.
— Ресторан.
Он обошёл машину и открыл мне дверь — не как джентльмен, а как человек, который привык получать то, что хочет
— Я не голодна, — буркнула я, но выбралась наружу.
— А мне всё равно. — Он направился к дверям, даже не оборачиваясь.
Мы вошли в ресторан. Столик для нас уже был зарезервирован. Кирилл без слов провёл меня к нему, и я села, чувствуя его взгляд на себе.
Он сел напротив, не убирая глаз, как будто ожидая чего-то.
— Что будешь есть? — его голос звучал неожиданно ровно, почти без эмоций.
Я молчала, не зная, что ответить. Я не хотела есть, не хотела разговаривать, и вообще не понимала, зачем я здесь. Но он смотрел на меня, и я почувствовала, как нарастающее напряжение снова окутывает нас.
— Я не голодна, — тихо сказала я, немного повернув голову в сторону, чтобы избежать его взгляда.
Он кивнул.
— Тогда закажу на свой вкус. — Он повернулся к официанту, который только что подошёл, и, не давая мне времени вмешаться, заказал несколько блюд.