В ответ я снова поцеловал ее, и она скрылась за дверью... "
Моя милая, родная, драгоценная девочка, почему я узнала о таком не от тебя? Почему ты не поделилась столь прекрасным моментом со мной? Нет, я знала, что у тебя появился поклонник, но ты так ничего и не сказала о нем, обмолвившись, что расскажешь, когда придет время. Зря, ох зря я послушала тебя и не расспросила обо всем!
Слезы вновь накатывают, стоит мне только представить эту сцену с поцелуем. Это прекрасно и отвратительно одновременно. Словно я подглядываю за собственной дочерью.
Срочно нужна очередная порция алкоголя. Пью из бутылки небольшими глоточками. Первый, второй, третий, четвертый, пятый. Кажется, достаточно. Давлю подступающий к горлу ком и снова погружаюсь в повествование.
"2 марта. Пятница.
Два последующих дня мало отличались. Те же действия, эмоции, смски. Все кроме разговоров и поцелуев, которыми она одаривала меня не только на прощание, но и в течение всей встречи. Более чувственными, продолжительными и глубокими. Кира льнула ко мне всем своим существом, и я ощущал это.
Мне уже так хотелось чего-то большего, интимного, близкого. Хотелось обладать не только ее поцелуями, но и всем телом. Таким сладким и манящим.
Судя по всему, ей тоже не терпелось забраться со мной в постель. Эти мысли появились далеко не на пустом месте.
Сегодня вечером, прощаясь возле подъезда, пока я изо всех сил прижимал ее к себе во время поцелуя, я так перевозбудился, что у меня чуть не треснули джинсы. Моя девочка явно заметила это, но это совсем не оттолкнуло ее, и она лишь сильнее прижалась к моим бедрам своими, продолжив целовать еще глубже и смелее. Собрав остатки воли, проявив крайнюю степень стойкости, я слегка отстранился, и спросил:
– Если у тебя завтра выходной может, проведем целый день вместе? – говоря это, я нежно поглаживал ее по лицу тыльной стороной руки. – Только ты и я. Если захочешь, будем весь день кататься на машине, а если устанем, можно будет посидеть где-нибудь в кафе. Извини, что не приглашаю домой, там сейчас ремонт, дикий бардак и куча посторонних людей.
– Отвечаю на твой первый вопрос: у меня завтра действительно выходной день. Но, у меня для тебя предложение получше. Завтра мои родители будут на работе. Отец уйдет в семь, а мама в половине восьмого. Так что ты можешь прийти ко мне часам к девяти утра и до пяти вечера, минимум, мы сможем побыть вместе. Наедине. Мама все равно вернется не раньше шести, а папа будет и того позже, так что нам никто не помешает.
– Я приду, – едва сдерживая желание трахнуть ее прям там, возле подъезда, произнес я.
Снова поцеловав ее, я почти с болью отпустил Киру домой. Еле сдерживаясь, я сел в машину, отъехал на два квартала и припарковал машину там. Правда, пришлось назад идти пешком, но мне пока нельзя рисковать. Очень не хотелось бы, чтобы она случайно увидела машину рядом с домом.
Зато я прогулялся, а морозный воздух и бодрящий ветер помогли охладить любовный пыл и спустить давление в штанах.
Вернувшись к себе, я заказал еду на дом, а сам сел описывать события сегодняшнего дня, периодически подглядывая за своей возлюбленной. Скоро привезут доставку, а значит, пора заканчивать на сегодня со словесными излияниями.
Может, вернусь к описаниям позже. При случае, если вдруг не смогу уснуть. Хотя подозреваю, что мысль о том, как завтра я впервые буду заниматься любовью с Кирой, моей девочкой, не даст мне спокойно отдохнуть. А то, что это обязательно случится так же очевидно, как и то, что утром взойдет солнце…"
Руки ходят ходуном, изображение дрожит перед глазами, затянутыми мутной пленкой слез.
– Боже, дай мне сил читать дальше, – шепчу я себе под нос, зажмуривая глаза, пытаясь разогнать слезы, и вытираю их тыльной стороной ладони. – Пожалуйста, умоляю, пусть там не будет ничего такого. Не дай увидеть того, о чем я потом пожалею.
Бутылка дрожит у меня в руках, жадно глотаю янтарный напиток и приступаю к чтению.
"3 марта. Суббота.
Убедившись, что ее родителей нет дома, в девять утра я уже стоял возле квартиры. Одет в новое, вымыт и выбрит во всех местах.
После второго звонка Кира открыла дверь. Такая соблазнительная, такая сладкая. На этот раз на ней не было этого смешного цветного свитера. Открывающее почти полностью стройные ножки простое свободное платье с узором из крупных листьев монстеры выгодно подчеркивало цвет ее волос.
Не говоря ни слова, моя девочка поманила меня за собой пальцем. Мне ничего не оставалось, как подчиниться и пойти за ней на этот немой игривый зов. Она привела меня в свою спальню, и для нее это было знаком оказания высочайшей чести. Неким особым приглашением, которого до меня еще не удостаивался никто. Мне польстило, что Кира выбрала для этого именно меня, и был благодарен ей за этот выбор.