– Алло? – наигранно бодрым голосом говорю в трубку.
– Алло, Клара? Это я, Тата. Ты просила меня позвонить тебе, когда Альберт объявится. Два часа назад он написал мне, что ждет меня в самом старом отеле города. Можешь пожелать мне удачи, я как раз стою возле двери номера и уже собираюсь войти. И знаешь, тут такой шикарный отель! – она глупо и возбужденно хихикает в трубку.
На этих словах я слышу, как она стучит в дверь. Несколько быстрых и громких ударов доносится до моих ушей.
– Нет, Тата! Нет! – кричу я ей в трубку, вскакивая с кровати и роняя на пол вилку. – Немедленно уходи оттуда! Слышишь меня? Немедленно!
– А в чем собственно…. – слова обрываются.
Слышу на том конце звук открывающейся двери и глухой удар. А затем меня приветствует бодрый мужской голос:
– Привет, Клара! – голос Карла.
Вот! Же! Хрень!
– Не трогай ее, ты, чудовище! – ору я, срываясь почти до визга.
– Ну-ну, любовь моя, не стоит меня так называть, – его голос твердый и холодный, как глыба льда. – Ты же теперь знаешь, как сильно меня это злит. Ты же не хочешь разозлить меня, верно?
– Нет, – произношу еле слышно, сглатывая комок, подступивший к горлу.
– Тогда присоединяйся к нам. Будет весело, обещаю! – его жесткий и зловещий смех скальпелем режет слух. – Не бойся, я хочу с тобой только поговорить. И все.
– Пообещай, что ты не причинишь ей вреда, – почти умоляю я.
– Обещаю, что ничего не сделаю ей до твоего прихода, – в голосе слышится усмешка, за которой сразу же приходит серьезный тон. – Приезжай одна. Только, Клара, никому ни слова. Если твой муж или его подручные узнают о том, куда ты направляешься я, не раздумывая, убью твою подругу. Результат будет таким же, если ты приведешь за собой хвост или вовсе не приедешь.
– Я приеду, – отвечаю не раздумывая. – Диктуй адрес.
– Пришлю сообщением. И еще, попытаешься позвонить своему драгоценному муженьку и сообщить об этом, твоя подруга умрет. Да, я в курсе, что вы пытались перенастроить мою программу на твоем телефоне, поэтому оставь мобильник в отеле. Не хочу, чтобы хоть кто-то помешал нашему разговору с тобой и прервал его на самом интересном месте. Жду тебя в течение часа. И… – он выдерживает паузу, – главное не опаздывай. Иначе, ты знаешь, чем это закончится.
На этих словах он завершает звонок. Полминуты спустя с номера Таты приходит сообщение с адресом отеля. Смартфон буквально пляшет в трясущихся руках, а по щекам текут слезы.
***
Сорок семь минут спустя я уже стучу в красную дверь с золотыми цифрами «309» по центру. Как мы и договаривались, я пришла одна.
Телефон остался в гостинице на кровати. Так же, как и записка с адресом, в которой я просила Лешу приехать, как только он ее прочитает. В глубине души надеюсь, что он успеет спасти нас с подругой, пока я буду тянуть время.
«Если этот мудак думает, что я не найду способ предупредить мужа, то он глубоко ошибается!» - думаю я, пока передо мной открывается дверь.
На пороге с красными глазами и мокрыми от слез щеками стоит Тата. Впервые вижу, чтобы она плакала.
Сзади, плотно прижавшись к ней и приставив к ее боку нож, стоит Карл.
– Привет, Клара! – говорит он с каким-то восторгом и даже восхищением. – Проходи, а то мы тебя уже заждались.
После этих слов он отступает вглубь коридора, грубо потянув за собой Тату. Захожу следом, и мы все вместе идем в комнату.
– Садись там, – в приказном тоне говорит Карл, указывая мне на широкую кровать. – Располагайся поудобнее, разговор, как я предполагаю, будет долгим.
– Может, тогда ты отпустишь Тату, и мы спокойно поговорим? Только ты и я, – отвечаю осторожно, подбирая слова. – Она тут ни при чем, это все только между нами. Пусть же так и останется.
– Отпустить? Но мы с ней только договорились, что она будет вести себя тихо, правда ведь, дорогая? – говорит он и так сильно сжимает маленький острый локоток девушки, что она морщится от боли. При этом молодой человек пристально смотрит мне в глаза, а его губы растягиваются в леденящей и пугающей улыбке. – К тому же она может пропустить все веселье! – улыбка мгновенно сползает с его лица. – А сейчас мне нужно кое-что сделать.
Пока мы с Татой не успеваем опомниться, за одно мгновение он хватает стул, стоящий в полуметре от него, подвигает его за спину подруги, и резким движением сажает ее.
– Не дергайся, детка. Иначе придется сделать тебе очень больно! – елейным голосом говорит он ей на ухо, сильно прижав нож к горлу.
Затем в полной тишине он приматывает ее скотчем, пока мы будто загипнотизированные, наблюдаем за его действиями. Делает это технично, неторопливо, как человек, привыкший к подобным действиям. Сначала обматывает девушку по талии, привязывая тело к бархатной спинке. Следом приклеивает к резным ножкам стула ее худые лодыжки и в конце соединяет руки по запястьям. И, как последний штрих, он отрывает кусок скотча и заклеивает ей рот. Следом встает сзади и кладет руки ей на плечи.