Только после этого оцепенение спадает, и я вновь могу двигаться и говорить:
– Ка… рл, – запинаюсь на первом слоге, не зная, как теперь его называть. – Прошу, отпусти ее. Мы останемся вдвоем. Только ты и я. Так разговор получится более откровенным и даже интимным. Ты без стеснения сможешь рассказать о своем прошлом все, что захочешь, и я очень внимательно выслушаю тебя. Правда. Ведь чем больше я узнаю твоих тайн, тем легче мне будет понять мотивы твоих поступков, – безбожно вру, нервно теребя пуговицу на рукаве пальто, пытаясь скрыть возбуждение, свойственное всем лжецам.
– Боюсь, пока я вынужден заручиться поддержкой этой тупоголовой курицы, – молодой человек похлопывает Тату по плечу, намекая на нее. – Иначе, вдруг, ты решишь прервать наш разговор какой-нибудь глупой выходкой?
– Обещаю, я не стану этого делать и выслушаю твою историю до самого конца, – отвечаю в надежде, что это поможет.
– Но разве это все так важно? Клара, пойми, значение имеет только будущее и то, что я хочу быть с тобой. Жить с тобой. Любить тебя. И хочу, чтобы ты любила меня. Я хоть сейчас готов сбежать вместе, и жить бы где-нибудь на берегу океана долго и счастливо, наблюдая за рассветами и закатами, сидя на пляже. Пить шампанское, заниматься любовью, курить травку. У тебя будет все, если ты останешься со мной! Неужели ты не хочешь чего-то подобного?
Медлю с ответом, подбирая слова. Я так много думала, о чем скажу при встрече этому маньяку. Добрую сотню раз репетировала речь в своей голове, а вот теперь сижу, ошарашенно смотрю на него и не могу подобрать слов. Все они словно испарились, оставив после себя лишь бледные тени.
– Хочу, – едва выдавливаю из себя, а дальше говорить становится гораздо легче. – Безусловно, каждая девушка мечтает о таком, но как ты не понимаешь, – говорю с горечью, качая головой. – Мне до оцепенения страшно находиться рядом с тобой! Не буду обманывать, когда все только начиналось, ты мне нравился. Искренне нравился. Возможно, даже более того. Внутри зарождалось какое-то чувство к тебе. И я искренне думала, что все это по-настоящему и надолго. Но сейчас, после всего произошедшего, после прочитанного, во мне живет только всепоглощающий ужас.
Молодой человек смотрит на меня с каким-то странным недоумением в широко распахнутых глазах.
– А я не смогу, да и не захочу жить в объятиях вечного кошмара, – чуть не плача говорю я, отчаянно жестикулируя руками. – Так скажи мне, как перестать тебя бояться и научиться любить? Любить, после того, сколько горя и боли ты причинил мне?
Он идет ко мне, садится на колени, кладет нож на велюр ковра справа от себя, берет мои руки в свои и крепко сжимает пальцы. Не больно, но вполне ощутимо, давая понять, кто тут на самом деле настоящий хозяин положения. Он пристально смотрит мне в глаза и говорит вполне искренне:
– Клара. Милая моя, любимая девочка. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты была счастлива…
– И потому ты убил мою дочь? – задаю вопрос, не давая ему договорить. – По-твоему так выглядит счастье, когда мать теряет своего единственного ребенка?
– Это случилось непреднамеренно! – чуть не визжит он, а в глубине его глаз разгораются искры гнева и безумия, которые исчезают так же быстро, как появляются. – Когда это произошло, я еще не знал тебя. Я же не знал, что так сильно полюблю тебя. А если бы знал, то никогда бы не причинил ей вреда. Сейчас меньше всего на свете я хочу обидеть тебя или причинить тебе боль. Тебе не надо бояться за себя!
– А я боюсь не за себя. Сейчас больше всего я боюсь за своего… – чувствую, как глаза начинают наполняться влагой. Обдумываю, стоит ли говорить ему о таком, но все же набираюсь смелости, и произношу дрожащим голосом, – за нашего ребенка. Я сама узнала об этом только сегодня утром и еще никому не успела сказать. Ты первый, кому я говорю об этом.
– Ты... Ты... – почти заикается он. Неподдельное изумление неожиданно сменяется радостью. – Ты беременна? Это правда?
Энергично киваю в ответ, нервно улыбаясь, а он принимается целовать мне руки, приговаривая при этом:
– Любимая моя. Желанная. Ненаглядная. Единственная, – его взгляд полон восхищения и отчего-то это пугает меня еще больше. – Я ведь о таком подарке даже и мечтать не мог. Видишь, как судьба благоволит нам? Это же знак свыше, говорящий о том, что мы предназначены друг для друга. Неужели ты не видишь, насколько это очевидно! Скажи мне, как сделать так, чтобы ты перестала бояться за него? Перестала бояться меня?