Вместо этого Син круто повернулся и расщепил большое полено надвое одним сердитым ударом сплеча.
Покачав головой, Брейден подхватил другой чурбан и занялся им.
Мэгги отошла в сторонку, пока мужчины раскалывали толстые чурки на дрова для топки. Девушка вспомнила предупреждение фермера, и сердце ее отозвалось болью.
Ну почему у этого мужчины дочери, а не сыновья?
Может, эти девушки уродливы?
Мэгги замерла от этой мысли. Да, вероятно, они так же беззубы, как сам фермер. А еще они — огромные, грузные женщины с бородавками и оспинами на лице. Они вовсе не прельстят Брейдена.
Тешась этой надеждой, она наклонилась, чтобы поднять одно из больших поленьев, но Брейден остановил ее:
— Собирай щепки для растопки, остальное предоставь нам.
Ничего не ответив, Мэгги опустила чурку обратно на землю, подняла несколько небольших веток и отнесла их в поленницу рядом с глинобитным домом.
Обернувшись к своим спутникам, она замерла, наблюдая за мужчинами с благоговейным трепетом. Те с легкостью орудовали тяжелыми топорами, раскалывая чурбаны. Их тела уже блестели от пота. Не в силах отвести взгляд, Мэгги наблюдала, как рубашка Брейдена туго натягивалась на его мускулах каждый раз, когда он поднимал над головой колун.
Зачарованная этим зрелищем, девушка сжала кулаки, борясь с желанием прикоснуться к вздувающимся на руках горца мышцам. Или откинуть влажные черные волосы с его лба.
Все же этот мужчина был великолепен и смущал ее покой.
Желание сворачивалось в ней в тугую спираль, вызывая неведомые доселе ощущения. Теперь, познав ласки Брейдена, Мэгги напоминала одержимого своим пороком пьяницу, жаждущего эля. Впервые в жизни она поняла, что такое наваждение. Осознала, каково это — по-настоящему вожделеть мужчину.
И да помогут ей небеса, но она хотела его еще больше, чем прежде.
И когда уже начало казаться, что она больше не в силах выносить эту пытку, Мэгги почувствовала, как вдруг зашевелились волосы у нее на затылке, а по спине пробежал холодок дурного предчувствия.
Кто-то за ними наблюдал. Она была в этом уверена.
Почти ожидая увидеть тех негодяев, что напали на них ранее, Мэгги подняла взгляд, и обнаружила очаровательную девушку лет двадцати, пристально рассматривающую их троицу.
Поняв, что ее заметили, незнакомка широко улыбнулась, продемонстрировав полный набор идеально белых зубов, и поиграла длинной белокурой косой. При этом она одарила Мэгги таким призывным взглядом, который заставил бы любого мужчину гордо выпятить грудь.
«Везет же, как утопленнице!» — мрачно подумала Мэгги. Девчонка не просто привлекательна, а прямо-таки красавица.
И тут к ней присоединились четыре девицы, еще более очаровательные. Прикинув на глаз их возраст, Мэгги похолодела: от тринадцати до двадцати с лишком лет.
Черт возьми! В хорошую же переделку они попали! Ей был знакомо это выражение на девичьих физиономиях.
Плотский голод. Жажда мужчины.
Мэгги проглотила ком в горле. Меньше всего ей сейчас было нужно, чтобы какая-нибудь из этих возбужденных девиц начала ее лапать. Не хватало еще, чтобы при этом обнаружилось, что у них гораздо больше общего, чем этим фифам сперва показалось.
Хуже того, глядя на них, Мэгги не сомневалась, где Брейден проведет эту ночь. Уж точно не в качестве ее подушки.
От этой мысли взор ее потух. Мэгги схватила небольшую охапку щепы и уложила в поленницу.
— Сильно извиняюсь, — произнесла старшая из девиц, приближаясь к ним развязной походкой. Ее светлые, почти белые волосы блестели даже в неярком свете пасмурного дня. Фигура у нее была именно такой, какую братья Мэгги частенько представляли себе в плотских фантазиях: — Мы тут с сестрицами подумали, что вам, небось, пить хочется.
Девицы глупо захихикали, выступили вперед и вручили каждому из работников кружку с элем. Мэгги взяла предназначавшуюся ей и быстро отступила от подавшей ее девушки на несколько футов.
Та надула губы в хорошо отрепетированной гримаске, но Мэгги было на это плевать. Она во все глаза смотрела на Брейдена.
Тот принял кружку от старшей из девиц. Полногрудая красотка оперлась бедром на колоду рядом с ним. Она нежно поглаживала рукой топорище, словно намекая и приглашая к действию, и пожирала чужака голодным взглядом.
— А я как раз говорила своим сестрицам, как это хорошо иметь таких сильных мужчин… — взгляд блондинки скользнул вниз по груди горца туда, где его шафрановая рубашка взмокла от пота, — …под рукой, когда нужна помощь по хозяйству.
Глаза Брейдена потемнели от любопытства и, что еще хуже, он улыбнулся: