И подходя теперь ко мне в плотную, так, что я чувствую на себе его дыхание, начинает одевать мне привычную повязку с ключом.
Досадно. И больше за себя, что я так поспешила.
- Вот так-то лучше!
Не вижу, но мне кажется, довольно осматривает меня.
- А теперь давай поужинаем,- как бы между делом произносит он, и прикасается ко мне.
Его губы нежно скользят по моей шее, а рука пробегает по силуэту моей фигуры, особое внимание уделяю груди, и изгибу талии. А затем, он просто на права хозяина, берётся за молнию платья и одним быстрым длинным движением расстегивает его полностью.
Да, видимо решил начать с десерта.
Как и оговорено под платьем у меня нет никакой одежды.
- М-м-м, что тут у нас?- играет удивление.- Надо попробовать.
И жадно помяв одну за другой мои груди в руках, захватывает соски ртом. Его язык горяч и искусен. Губы плотно сжимают мой сосочек, не дав мне возможности вырваться из его захвата.
-А-а-ах- издаю я первый стон, и жду продолжения.
Но тут я чувствую, как одна его рука ослабляет на мне свой захват, а затем и вовсе, больше не лежит на моём теле. Наверное, решил опереться ей об стол, так удобнее, но я ошибаюсь. Уже через секунду к моему второму, нетронутому лаской соску, прикасается адский холод.
- ОЙ!- вскрикиваю от неожиданности.
- Тише, тише. Это всего лишь лёд. - Звучит совершенно спокойно его голос, и он поглаживает меня по голове.
Мой сосок, между тем, реагирует совершенно иначе. Мгновенно набухает и становится торчком. Уверена, он сейчас похож на огромную вишенку на торте, которую с радостью истязает мой мучитель.
Он погружает себе ее в рот, и, дыша на неё горячим дыханием, пытается отморозить. Затем, он снова отрывается от нее, и прикладывают холод. Теперь он держит кусочек льда чуть подольше, добиваясь того, что по всему моему телу идёт мелкий озноб, и проступают пупырышки на руках.
Кажется, ничего уже больше меня не может отогреть, как он снова льнет губами к заветному и обжигает меня чем-то очень горячим. От контраста в первую секунду идут мурашки по всему телу, и становится невероятно приятно. Внутри живота растекается жар и хочется еще. А он и продолжает. Чередуя лёд, и как потом я поняла, уже тёплый рот, наполненный горячей водой.
Сказать, что моей груди приятно не сказать ничего. Она словно находится и в аду и в раю одновременно, а дьявол искушает меня. Как обычно он опытен и изобретателен, а его методы с каждым разом всё больше поражает меня.
Когда же он заканчивает с моими сосками Он не останавливается, и одним властным движением кладёт моё тело на обеденный стол.
Не отходит от меня. Стоит всё в той же позе, промеж моих расставленных ног, но отрывается от меня и тянется чуть в сторону. Слышу звук металла о фарфор и понимаю, теперь пришло время десерта. Он видимо что-то достаёт с этого блюда, потом глухой звук и снова прикосновения только не его рук, а чего-то легкого, но немного более холодного чем температура моего тела.
Сливки, взбитые сливки, это могут быть только они. Я слышу надавливание на флакончик, а затем, ощущаю, как он покрывает имя моё тело. Я бы даже сказала, одевает его.
Да, сначала он аккуратно и медленно рисует по видимости круги вокруг моей груди. Маленькие такие, чуть прикрывающий ореол моего соска. А затем спускается ниже, к моему лону, и,
решительно обхватив мои бедра своими руками, раздвигает мои ноги ещё шире.
Теперь он рисует там, судя по ощущениям, ровные линии образующие треугольник. Ха, вот затейник, решил меня одеть. А ему не говорили, что одежда продаётся в магазине, а не в кондитерском отделе?
Смешно, что он делает, но в тоже время интересно. Никогда не думала, что фетишизм с едой может так возбуждать.
Я, правда, к этому времени уже успела изрядно промокнуть, но понимаю это только начало, а вот сейчас будет основное блюдо.
Его кончик языка немножко изгибается, образуя подобие лопатки, и начинает щекотать меня. Я ожидаю, что мужчина прильнет к груди, но он меня удивляет, приступая к самому сокровенному.
Ощущение, как будто кот вылизывает руки сметану. А ему все мало, но еще осталось на донышке и нужно залезть в каждую щель, каждый уголок, и вылезать всё дочиста. Блин, почему я не сметанная фабрика, или сливочная? Я бы всё время ему поставляла такое пропитание.
- А-а-ах, ы-ы-м - только стоны мычания вырываются из моего горла.
А он, зараза, смакует! Всё время наносит сливки, стоит им кончится.
Когда же мне кажется, до моего края уже чуть-чуть, Михаил вдруг останавливается. Просто так открывается и ничего. Внутри меня всё пульсирует, требую продолжение, а мои личные соки буквально чуть ли не текут по ногам и смешиваются со сладкой воздушной субстанцией.
- А теперь твоя очередь.