Внутри подъезд не примечательный - обшарпанный, лифта нет, и пахнет тут как обычно старьем и уличными приблудными котами. Подниматься нужно на третий этаж, невысоко, но мне всё равно очень сложно, и приходится всё время останавливается в лестничных пролетах и отдыхать. Мой спутник терпелив, практически весь мой вес тащит на себе и мне почему-то, мне кажется, что ему это не впервой.
На третьем этаже, прямо у лестницы, мы останавливаемся. Прибыли. Входная дверь старая, обшарпанная, но дубовая. Наверное, ещё со сталинских времён тут стоит. А стоит мне зайти внутрь, как я понимаю и обстановка тоже оттуда. Никогда раньше сама в таких квартирах не была, но часто видела в фильмах. Дубовый паркет елочка, темная лакированные мебель под цвет красного дерева, и даже обои пятидесятых - в ромбик, от которых сразу в глазах рябит. Люстра такая диковинная в коридоре, прямо шляпа. На длинном проводе, жёлтенькая. В общем, кашпо натянутые на проволоку, а по краю пришита бахрома тоже золотого цвета, видно пережитки буржуазных времён.
А вот комнаты квартире всего две - изолированные и маленькая кухонька. Больше рассмотреть ничего не успеваю, так как Дмитрий сразу меня ведёт в одну из комнат. Без сомнения это комната Марка, холостяцкая берлога. Тут такие же обои, с каким-то дикий геометрическим рисунком, дешёвый двуспальный раскладной диван, окно с выходом на балкон, письменный стол с откидывающимся секретером, и шкаф лакированной аля шестидесятые. Да не богато, но меня интересует сейчас больше, что в другой комнате, кто там живет?
Спрашивать у Дмитрия что-то бесполезно. Да и честно, общаться с ним особо не хочется. Поэтому просто позволяю ему разложить постель, помочь мне усесться на диван, и пожелать мне хорошего сна.
- Если проголодаетесь и захотите попить все на кухне. Не стесняйтесь, пользуйтесь. Это распоряжение Марка.
Благодарю Дмитрия, провожаю взглядом до двери и успокаиваюсь - можно, наконец, поспать, просто отдохнуть и не о чем не думать.
***
- Просыпайся, соня - кто-то трясёт меня за плечо.
Марк конечно же. Это может быть только он. Сидит на краешке дивана, и склоняет надо мной голову. Такой милый, словно школьник который не знает, как подойти к однокласснице.
- Как ты себя чувствуешь, болит что-то?
Хочется сказать, что всё нормально отшутиться, но понимаю это не так. В голове шумит, а нос по ощущениям распух.
Трогаю его, и, правда, больно. Вскрикиваю, и отдергивает руку.
- Так подожди - видя мою реакцию, озабоченно говорит Марк и срывается с места и уходит из комнаты.
Потом слышу в соседней комнате его голос. Он видно разговаривает с кем-то по телефону. Ничего почти не разобрать, единственное, более громко, вырываю из контекста:
- Да и как можно быстрее. Жду.
- Затем он приходит обратно в комнату, но уже не пустой и держит в руках пакет.
- Это лёд. Врач велел приложить его к носу, чтобы спал отек - выясняют он.
- Ой!- не могу не вскрикнуть от неожиданности, смертельного холода, когда он прикладывает это к моему носу.
- А ты как думала, болеть это не конфеты есть- смеётся,- нужно потерпеть.
Мне же не до смеха. Морозит буквально всё тело, хоть и холод приложен только к носу. Не могу не натянуть одеяло выше, хочется до самой макушки, только вот нельзя, рука Марка мешает.
- Может, не будешь держать, я и сама могу?- не выдерживаю, выдаю колкость.
- О, узнаю Наталью, в своём репертуаре.
Нет уж милая, давай я лучше сам, а то начнёшь халтурить.
Уже не отказываюсь, потому что на самом деле хоть и жутко холодно, но приятно, что он так за мной ухаживает.
Ещё от него веет каким-то ароматом – легким, приятным. И, мне кажется, этот запах знакомым. Не знаю, правда, откуда. Может в бутике нюхала, или кто-то из клиентов так пах не помню, но мне нравится.