Она несла тяжелую корзину со съедобными кореньями. Хорошо еще, что можно будет отдохнуть. За прошедшие несколько недель она поняла, как тяжела работа женщин племени апачей. Они собирали ягоды, коренья и орехи: все, что могли предложить людям горы. В основном они с Пумой ели то, что собирала Кармен. Конечно, иногда Пума приносил мясо. Ей очень нравилось мясо антилопы. Но она решительно отказалась вновь попробовать мясо собаки. Она всегда отдавала свою порцию Парящей В Небе, когда они вместе садились за еду.
Она страшилась сказать, что живет в «семье», и это не давало ей покоя. Индейцы себя держали так, будто приняли ее в свою семью: мать Пумы, муж его матери, тетки Пумы, многочисленные кузины. Она не в силах была до конца разобраться в их родстве, потому что слова приветствия, с которыми они друг к другу обращались, предназначались для братьев и сестер. Но она предполагала, что единственный ребенок Парящей В Небе — это Пума.
Кармен должна была признать, что и Парящая В Небе, и ее муж, Охотник, были очень добры к ней. Некоторые смотрели недобро. Большинство сторонилось ее. А одна молодая женщина по имени Птичка Порхающая В Пиниях, часто и подолгу глядела на нее. Во взгляде читалась обида. Кармен не могла придумать, что такое она совершила, что могло бы обидеть эту женщину. Птичка Порхающая В Пиниях часто отпускала громкие замечания по ее поводу, смеялась над ней и шепталась с подругами. Подруги тоже не выражали доброжелательства. Кармен пыталась игнорировать шепот и обидные слова, но часто грустила по этому поводу. Больше она не пыталась спрашивать Парящую В Небе, о чем они говорят. Потому что, повторив однажды услышанное про себя, Кармен увидела, как Парящая В Небе сжала губы и покачала головой, но переводить отказалась. Значит, это были оскорбления. Позже Парящая В Небе говорила с Птичкой, и та молча метнула на Кармен недобрый взгляд.
Мужчины-апачи полностью игнорировали Кармен. Ее это устраивало, только хотелось бы, чтобы и Пума игнорировал ее. Нет, мысленно поправила себя Кармен, это не совсем так. Честно говоря, ей нравилось, когда он разговаривал с ней. Когда он оказывался рядом, сердце ее учащенно билось. К ее удивлению, он не пришел к ней ночью ни разу — чтобы делать детей. Она удивлялась: ведь он взял ее в плен именно для этого. Так он сказал. Кармен вздохнула: ей никогда не понять мыслей апачей.
Дни, которые она провела с апачами, проходили как в тумане. Она изучала их язык, узнавала обычаи и работу индейских женщин. Парящая В Небе слегка говорила по-испански, хотя и не так хорошо, как Пума, который, как она выяснила, лишь притворялся сначала, что не понимает по-испански.
Пуме, по-видимому, нравились ее успехи. Он с удовольствием называл ей индейские слова и делал комплименты по поводу растений и корней, которые она приносила. Но Кармен знала: он твердо решил сделать ее белой индианкой.
Он пристально следил за ней. Когда она уходила из деревни по своей естественной надобности, он бросал на нее подозрительный взгляд голубых глаз; а когда она долго не возвращалась, он шел по ее следам, неоднократно вызывая в ней конфуз. Он подозревал, что она вновь сбежит.
Кармен при первой возможности решила сбежать непременно, но неопределенно было одно: куда бежать? Горы были незнакомы и пугали ее; да она и понятия не имела, в какой стороне искать испанские отряды. Она давным-давно не видела ни одного испанца.
Она подумала о Пуме: он обращался с ней хорошо. Это она вынуждена была признать. Он приносил ей мясо — ее излюбленное, антилопу. Когда начинался дождь, он помогал сделать крышу непромокаемой. После того, как он спас ее от когтей кугуара, Пума пришел с его шкурой. Он рассказал ей, что Злой с его наемниками ушли. Мясо кугуара было уже подпорченным, сказал Пума, но шкуру ему удалось спасти. Кармен кивнула, совсем не горя желанием попробовать мяса кугуара. С помощью Парящей В Небе она выделала шкуру, и теперь она украшала ее ложе. Время от времени Кармен не могла не бросить на нее гордого взгляда.
Кармен заметила, что Пума постоянно носит с собой ее мешочек с драгоценностями. Знает ли он истинную их ценность? По его поведению она заключила, что знает. Кармен старалась не слишком часто бросать на мешочек взгляды; ей не хотелось подогревать подозрения Пумы. Но если она все-таки сбежит, тогда драгоценности помогут ей.
Прошло несколько дней, прежде чем она подумала о своем женихе. Каждый раз, думая о нем, она не могла избавиться от чувства вины. Пума был перед ее глазами и в ее думах каждый день. Она ела принесенную им пищу, чинила и стирала его одежду. Она уже привыкла к нему…