— Потому что не хочу ее. Чересчур острый язык. Да и слишком умна для женщины. С такой трудно жить.
— Но какое это имеет значение? Северну безразлично ее злоязычие. Он заставит ее покориться.
— Твой старший брат Роган тоже сломил характер жены?
Она хотела спросить, откуда он знает о ее семье, но тут же вспомнила, что перед ней Говард и что Говарды вечно шпионили за ее семьей. Кроме того, он целую ночь пил с ее братцем, а Заред знала, что нет худших сплетников, чем мужчины, сидящие за бочонком пива. Первым ее порывом было выругать его, но она улыбнулась:
— Значит, Северн рассказывал тебе о Рогане?
— И очень подробно. Он никак не решит, любить ему или ненавидеть свою невестку. — Тирл погладил ее по плечу и опустил глаза. — Интересно, как ты скрываешь все это под мальчишеской одеждой?
Заред уставилась на свои груди, вздымавшиеся в вырезе платья, и ахнула. Прикрылась рукой и попыталась отодвинуться, но Тирл не дал.
— Если я не могу касаться тебя, по крайней мере позволь насмотреться досыта.
Она почувствовала, что краснеет, а по телу прошел приятный озноб.
— Н-не можешь коснуться? — пробормотала она запинаясь.
— Если мы решили разорвать наш союз, если придется просить короля аннулировать брак, ты должна оставаться девственной. Ты наверняка выйдешь замуж снова, и муж захочет быть твоим первым мужчиной.
— Ну да, — кивнула она, — конечно.
Она с трудом дышала, потому что он гладил упругие холмики.
— Надеюсь, он будет тебе хорошим любовником.
— Кто?
— Тот человек, за которого ты выйдешь. Человек, который получит право дать тебе детей. Человек, который получит право наслаждаться твоим прекрасным телом.
— Я не прекрасна. Это ты так утверждаешь. И ты сам сказал, что я не умна.
— Но ты еще не слышала из моих уст, что я не встречал женщины желаннее, верно?
— Не слышала, — с трудом выдавила она. Его пальцы скользнули в вырез ее платья.
— Даже при французском дворе я не встречал женщины желаннее!
— И… почему… почему я тебе желанна? — прошептала она, закрыв глаза, с наслаждением вдыхая мужской запах и ощущая жар его тела.
— В тебе есть невинность. Слишком многие женщины знают все о мужчине, с которым собираются провести ночь. Но ты… ты чиста и наивна. Мужчина может научить тебя всему, что только пожелает.
Ее глаза широко распахнулись. Заред застыла в его объятиях, не в силах шевельнуться.
— Я знаю, как зачинают детей, — рассердилась она. — И не похожа на невежественную сельскую девчонку. Пусть я не умна и не красива, как леди Энн, но хорошо разбираюсь в людях. И многое знаю об отношениях мужчин и женщин.
Тирл ответил невыносимо раздражающей улыбкой.
— Ты знаешь только самое основное. И самое примитивное. И понятия не имеешь о том, что происходит перед самим слиянием.
— Перед чем?
Он провел ладонью по ее оголенному плечу.
— Есть огромная разница между теми простыми действиями, в результате которых появляются дети, и плотской любовью между женщиной и мужчиной.
Но Заред все еще была обижена его уверениями в том, что она ничего не знает.
— Может, ты объяснишь мне, в чем разница? А я решу, прав ли ты.
— Ах, мой соколенок, — усмехнулся он, — я мог бы даже показать тебе эту разницу, но боюсь потерять рассудок. А пока, думаю, пора закончить этот разговор и идти ужинать.
Он опустил руки и перебрался на другую сторону кровати. Но Заред проворно повернулась и схватила его за плечо.
— Но ведь леди Энн ты рассказал бы, верно? Она достаточно умна, чтобы понять тебя. Не то что я.
Тирл оглянулся на жену.
— Полагаю, Энн знает все, что происходит между мужчиной и женщиной. И если твой брат не угодит ей в брачную ночь, она, вне всякого сомнения, станет жаловаться и ему, и всем, кто согласится ее выслушать.
Заред откинулась на подушки и скрестила руки на груди.
— В таком случае я тоже стану жаловаться. Когда муж уложит меня в постель и мне не понравится, я так ему и скажу.
Тирл снисходительно улыбнулся:
— И с кем ты станешь сравнивать его искусство любви? С другими любовниками?
— Нет, конечно. Я… — Она охнула. — Думаешь, у леди Энн были другие любовники? Северну это не понравится.
— Эта горячая голова, твой братец, может убить ее, если она окажется не девственной, а Хью Маршалл, разумеется, еще и похвалит его за это.
Заред окончательно растерялась. Если Энн тоже невинна, откуда же так много знает о мужчинах и женщинах? Заред не совсем понимала, что имеет в виду муж, но чувствовала себя оскорбленной. Братья всегда относились к ней как к ребенку. А теперь и этот туда же!