Она отвернулась и попыталась сползти с кровати. Не станет она унижаться, задавая вопросы.
— Заред, — прошептал он, притягивая ее к себе.
Она принялась сопротивляться. Не хочет она ласк человека, который при ней толкует о других женщинах!
Он прижал ее к постели своим большим телом, но ее руки остались свободны, и Заред начала бить его по плечам и спине.
— Отпусти! — потребовала она. — Ненавижу тебя! Ненавижу, когда ты близко!
Он сжал ее голову ладонями и стал целовать в губы. Несколько мгновений Заред плотно их сжимала, но потом не выдержала: уж очень воспламенили ее его поцелуи. Он тихонько прикусил ее нижнюю губу, обвел языком и стал целовать глаза и щеки.
Ни один мужчина не касался ее так… и она жаждала большего. Заред совсем забыла, что перед ней враг, и приоткрыла рот. Именно она повернула голову чуть набок, чтобы целовать его еще горячее. Она больше не била его: руки сами собой обвили его шею.
Ее жизнь проходила в физических упражнениях и тренировках с оружием. Она не была чинной леди, проводившей юность за пяльцами с вышивкой. Заред выросла в седле с мечом в руках и привыкла много двигаться. Поэтому, ощутив желание, горевшее в крови, она ответила на него со всем пылом, который ей было дозволено проявить: проникла языком в его рот, обхватила ногами бедра и сцепила щиколотки. Тирл попытался отодвинуться, но она вцепилась в него изо всех сил и, когда он повернулся на спину, оказалась сверху.
Тирлу пришлось взять ее за плечи и оторвать от себя.
— Где ты этому научилась? — изумленно спросил он, едва сдерживая ярость.
Заред не сразу вспомнила, кто она, где находится и с кем. Она лежала на нем, обхватив его бедра: позиция, в которой он удерживал ее раньше. До чего же приятно лежать сверху, словно она поборола его и теперь наслаждается победой!
— Научилась? Чему именно? — улыбнулась она.
Не ответив на улыбку, он почти отшвырнул ее на другую сторону кровати и встал.
— Должно быть, у тебя был наставник. Кто это? Колбренд? Когда вы с ним были у пруда, ты делала больше, чем просто купала его?
Она так растерялась, что не сразу пришла в себя, и уже хотела взорваться, но снова опустилась на подушки.
— Ничему он меня не научил. Я сама все знаю.
Он сжал ее талию, оторвал от матраса и поставил перед собой.
— Пусть ты не желаешь быть моей женой, но если замечу, что хотя бы смотришь на другого мужчину, я… — Он осекся.
— Ты — что? — прошептала она.
Он отпустил ее и сухо приказал:
— Надень туфли и спускайся вниз. Ужин остынет.
Оставшись одна, Заред обняла себя и закружилась по комнате. Тяжелые бархатные юбки вихрились вокруг ног.
— Будете ужинать сейчас, милорд?
Тирл вздрогнул от неожиданности и поднял глаза от кубка с вином.
— О, Маргарет! Я не видел тебя. Она уже спустилась?
— Нет, — протянула Маргарет. — Думаю, ей трудно одеваться самой.
— От тебя ничего не ускользнет, верно?
Он улыбнулся женщине, которая служила его матери, еще когда обе были девушками. Мать Тирла умерла на руках Маргарет.
— Да, я не могла не заметить, что вы безумно в нее влюблены.
— Она ненавидит меня, — угрюмо признался он.
Маргарет громко рассмеялась:
— Она? Девушка, которая смотрит на тебя с таким желанием?
— Ты не слышала, что она мне наговорила. Да, иногда Заред желает меня, если я целую ее и осыпаю комплиментами, но этого же она добивается от любого красивого мужчины, — фыркнул он. — И даже от меня, которого считает уродом. Ты еще не знаешь главного. Ее фамилия — Перегрин.
Лицо Маргарет вытянулось. Подойдя к Тирлу, она положила руку ему на плечо.
— Ты всегда был хорошим мальчиком. Вот и женился на этой… то ли девушке, то ли юноше, чтобы покончить с враждой. Это так благородно с твоей стороны!
— Я хитростью завлек ее к алтарю, — отрезал он. — И женился не для того, чтобы покончить с враждой, а потому, что хотел ее.
— Неужели не мог просто затащить ее в постель?
Тирл немного помолчал.
— Наверное, мог, — обронил он, вертя в руках кубок.
Маргарет уселась на соседний стул. У нее не было своих детей, и она считала Тирла кем-то вроде сына.
— Я слышала об этих Перегринах. Они действительно так неотесанны, как говорят?
— Еще хуже.
— В таком случае ее можно завоевать нежностью и добротой. Музыка и смех тоже не помешают. Если ты позволишь ей увидеть себя таким, каков есть на самом деле, она тебя полюбит.
— Я сказал ей, что обращусь к королю с просьбой аннулировать брак, и намерен сдержать слово.