Случилось чудо: светящийся кусочек плазмы запел. Он пел песню, передававшуюся по радио, которая призывала советский народ разгромить врага.
Так плазма впервые выступила в новой, необычайной для нее роли. Она не хуже, чем твердый и плотный диффузор громкоговорителя, заставила колебаться воздух.
Как это плазме удалось, понять нетрудно. Плазма чутко реагирует даже на самые незначительные изменения тока, который ее создает. Если количество, объем плазмы будут непрерывно меняться, то окружающий воздух станет получать толчки; их мы ощущаем как звук.
Диффузор громкоговорителя тоже дрожит под действием электрических токов, которые возникают в его звуковой катушке. Но чувствительность диффузора к различным частотам неодинакова; он хорошо воспроизводит средние звуковые частоты, а такие звуки, как, например, писк комара или высокие ноты, издаваемые скрипкой, он повторяет неохотно, чуть слышно.
Плазма таким недостатком не обладает. Она одинаково хорошо воспроизводит электрические колебания любой частоты.
Первые плазменные громкоговорители уже созданы. Один из них показан на рисунке (стр. 158). В нем у острия электрода горит коронный разряд. Расположенное тут же металлическое кольцо играет роль звуковой катушки. Если на него подать электрические колебания звуковой частоты, то плазма в такт им начнет звучать.
Можно не сомневаться, что «поющее пламя» со временем займет свое место среди приборов и аппаратов, украшающих быт человека.
Если вы захотите узнать, что такое ионное травление и для этого заглянете в Большую советскую энциклопедию, то вас постигнет неудача — в энциклопедии вы не найдете объяснения. Причина простая: и термин «ионное травление», и прибор, который может делать этот пока непонятный вам вид травления, появились совсем недавно. Потому они и не попали еще в энциклопедию.
В продолжение ста тридцати лет люди имели дело с обычным химическим травлением. История химического травления как метода для определения структуры металлов началась с работ замечательного русского ученого-металловеда Павла Петровича Аносова. Он брал полированную пластинку металла и опускал ее в раствор соляной или серной кислоты. Кислота разъедала металл в одних местах больше, в других меньше. Гладкая поверхность превращалась в затейливый узор.
Рассматривая этот узор в микроскоп, металлург расшифровывал свойства металла или сплава, не прибегая к другим испытаниям.
Травление металлов и изучение узоров под микроскопом стало уже давно важнейшей частью металлургического производства.
Но в последние годы на пути этого хорошо освоенного метода появились трудности.
Химики, например, все чаще стали заказывать металлургам такие сплавы, которые были бы совершенно «равнодушны» к кислотам. Металлурги выполняли заказ, создавали десятки опытных сплавов. Как их испытать? Как определить, какой лучше? Подвергнуть травлению кислотой? Но ведь это кислотоупорные сплавы, на них любая кислота почти не действует.
Машиностроители потребовали себе сплавы с алюминием, а также особо прочные сплавы. Ряду отраслей производств понадобились сплавы, выдерживающие высокую температуру. Все они, несмотря на всяческие ухищрения, оказались очень неподатливыми для исследования при помощи химического травления. Простой и удобный метод оказывался здесь бесполезным.
Тогда металлурги обратились за помощью к ученым-физикам. Те обстоятельно изучили поставленную задачу и пришли к выводу, что выйти из положения можно, если прибегнуть к помощи… плазмы. Исследования возглавил профессор Московского университета имени М. В. Ломоносова Григорий Вениаминович Спивак. Под его руководством была создана первая установка для ионного травления, названная сокращенно «УИТ».
Профессор Спивак решил использовать одну особенность тлеющего разряда, которая на первых порах доставляла физикам немало неприятностей.
Вы уже знаете, что тлеющий разряд — один из наиболее замысловатых. В трубке отчетливо различаются несколько разнородных участков — светлых и темных. Потоки заряженных частиц — электронов и ионов — «преодолевают» эти участки по-разному. Так, в темном катодном пространстве, где очень велики электрические силы, они особенно сильно ощущают постороннее воздействие. Легкие электроны, движущиеся к аноду, покидают темное катодное пространство быстрей, чем тяжелые и массивные положительные ионы, движущиеся навстречу. Поэтому в этом месте разрядной трубки скапливается излишек положительных ионов, названный учеными положительным пространственным зарядом.