У нее на уме было совсем другое. Дать ему по животу для начала, а потом коленом по более чувствительному месту. Но, к сожалению, колени ее были прижаты к земле с такой силой, что у нее не было ни малейшей возможности пошевелиться.
— Можете не торопиться, нам спешить некуда.
Он снова оглядел ее. Если бы Фалин могла, она бы провалилась сквозь землю, лишь бы не испытывать на себе его жаркий откровенный взгляд.
Никто не смотрел на нее так смело, настойчиво и вызывающе.
И как ей ни хотелось в этом сознаваться, ей это очень нравилось. И нужно, чтобы он немедленно ее отпустил, пока предательское тело не выдало ее с головой.
— Хорошо, — пробормотала она, — я прошу прощения. Теперь вы удовлетворены?
Он отпустил ее и ухмыльнулся.
— Удовлетворен? Мадам, я никогда не был так далек от удовлетворения, как в данную минуту. Вы просто смеетесь надо мной.
Фалин не нашлась, что ему ответить. Она не знала, как реагировать на это откровенное заявление Вестона. Она не была достаточно близко знакома с мужской физиологией.
Скотт никогда не выставлял напоказ свою мужественность, но Вестон был особым экземпляром — здоровый, сильный, энергичный мужчина.
Может, все дело в деревенском воздухе? По крайней мере, на нее он точно действует.
Она попыталась высвободиться из-под него, но в этот момент Фэнг издал грозное рычание.
«Вот еще защитник нашелся, — раздраженно подумала Фалин. — И почему Вестон не мог завести себе обычную собаку?»
— Фэнг не любит, когда меня обижают. Советую вести себя тихо, а то будет плохо.
Фалин скосила глаза на загон, потом снова взглянула на Бренда и заметила насмешливые искорки в его глазах.
— Двое на одного, так нечестно. Ладно, отпустите меня, пора продолжить работу. Предлагаю перемирие.
Бренд послушно перевернулся на спину, и Фалин встала, отряхиваясь от песка.
Он же продолжал лежать, подперев рукой голову, с интересом поглядывая на Фалин.
— А вы что, не собираетесь вставать?
Бренд зевнул и лениво перекинул волосы через плечо:
— Сейчас. А вам разве не надо зарядить пленку или сделать что-нибудь еще? Может быть, заменить объектив? Не торопитесь. Я подожду.
Фалин пожала плечами и подошла к сумке. Она достала пятидесятимиллиметровый объектив из защитного чехла и прикрутила его к камере.
Закончив, она резко выдохнула. Сейчас или никогда.
— Ну?
Бренд пружинистым движением поднялся с земли и спокойно подошел к вольеру.
Фэнг кинулся на решетку, чуя близкую свободу.
Фалин затаила дыхание.
5
Выкрикнув команду, Бренд открыл дверь и выпустил тигра из загона. Фэнг бросился вперед, радостно приветствуя хозяина.
— Тихо, Фэнг, тихо, мой мальчик.
Фалин отступила назад, крепко сжимая камеру внезапно вспотевшими руками. Тигр, похоже, не обращал на нее особого внимания, но в любой момент он мог обернуться и подбежать к ней. И ничто тогда не сможет остановить его. Не было ни поводка, ни ошейника, ни ремня.
Единственное, что сможет защитить Фалин от серьезной опасности, — это отвага и умение человека, которого она едва знала. Человека, которого некоторые считали сумасшедшим.
Фалин облизнула пересохшие губы, сердце ее билось со скоростью ста миль в час. Если кто здесь и сумасшедший, то это скорее она. Слишком уж серьезно она относится к своим профессиональным обязанностям. Ни одно задание не стоит такого риска.
Бренд тихо свистнул и хлопнул в ладони. Фэнг тут же откликнулся на этот жест, обежав вокруг хозяина, а потом улегся у его ног, ожидая следующей команды.
Фалин медленно выдохнула и отступила еще немного назад.
Тигр внимательно посмотрел в ее сторону и настороженно вскочил на ноги, в глазах его зажглось любопытство.
— Спокойно, Фалин, — ледяным тоном произнес Бренд. — Не делайте резких движений. Он может решить, что вы его добыча.
Фалин остановилась, как вкопанная, и еле слышно прошипела:
— Вы что, не могли мне это сказать раньше?
Бренд улыбнулся:
— Вы можете спокойно двигаться, но никаких резких движений. И главное, не волнуйтесь.
Фалин закатила глаза. Он, наверное, смеется над ней. Как можно не волноваться, если она с трудом дышит?
Фэнг лениво растянулся на земле, облизывая переднюю лапу бархатистым розовым языком.
— Видите? — Бренд указал на него. — Вот Фэнг не волнуется.
Фалин вздохнула. Легко оставаться невозмутимым, когда у тебя во рту зубы острее, чем кухонные ножи, а тело состоит из одних мускулов. А что делать ей, которая весит в три раза меньше этого животного?
Бренд присел на корточки и почесал Фэнга за ухом, затем потерся лицом о его мохнатую шею. Он обращался с тигром как с домашним котенком.
Фалин покачала головой. Какая идиллическая сцена. Уникальный кадр.
Осторожно она поднесла камеру к глазам и щелкнула затвором.
Фэнг тут же вскочил, издавая грозное рычание.
— Тихо, тихо, Фэнг, — Бренд подергал его игриво за ухо, отвлекая внимание. — Эта леди предпочитает хорошие манеры.
— Эта леди предпочитает домашних животных! — выпалила Фалин.
Как будто догадавшись, что она неодобрительно высказалась в его адрес, Фэнг снова повернулся к ней и зарычал.
Бренд скривился:
— Фэнг все понимает, поэтому советую вам сказать, что вы оговорились.
— Беру свои слова обратно, — послушно произнесла Фалин. — Клянусь, я так не думаю.
Фэнг снова улегся на землю, положив голову на вытянутые лапы. Фалин опустила фотоаппарат, внимательно посматривая на тигра. Руки ее тряслись. Ей нужно взять себя в руки и успокоиться. Иначе она никогда не сможет сделать приличные профессиональные снимки. А в журнале к этому относятся серьезно. Им не нужны любители.
— Попробуйте еще раз, — предложил Бренд. — Фэнг впервые услышал этот звук и испугался. Ему нужно привыкнуть.
Фалин кивнула и, наведя объектив, закрыла глаза. Пуск.
Ничего не произошло. Она открыла глаза и оглянулась. Фэнг на этот раз не издал ни звука, лишь с любопытством поглядывал на нее.
Фалин улыбнулась, немного успокоившись. Прогресс.
— Хорошо, но я уверен, что для журнала нужны более динамичные фотографии. Попробуйте подойти поближе, — предложил Бренд, — а мы с Фэнгом покажем, что мы умеем.
Фалин глубоко вдохнула.
С восхищением она наблюдала, как человек и дикий зверь выделывали серию сложных трюков. Между ними была очень сильная связь. Они оба знали какой-то неизвестный язык жестов и звуков, понятный только им. Тигр понимал своего хозяина с полуслова. В низком голосе Бренда отчетливо слышались похвала и симпатия, и было понятно, почему дикое животное так слушается человека. Фэнг хотел угодить своему хозяину.
Фалин наблюдала за ними, чувствуя себя здесь совершенно ненужной. Она никогда не видела, чтобы два живых существа были так связаны между собой. Это были отношения, построенные на полном доверии.
Она о таком могла только мечтать.
«Интересно, как себя чувствуешь, если доверяешь себя другому на все сто? — подумала она. — Что это значит — понимать друг друга без слов?»
Она сделала несколько шагов вперед, завороженная этой интимной сценой. Фэнг даже не обратил на нее внимания, и Фалин, приободрившись, приблизилась еще немного, навела объектив и щелкнула затвором.
Фэнг резко обернулся к ней, яростно зарычав. Он пригнулся к земле, выгнув спину и напрягся, готовый прыгнуть на нее в любой момент. Его ноздри раздувались, а глаза налились кровью.
Фалин оцепенела.
Она закрыла глаза, представляя заголовки в утренних выпусках газет: «Фоторепортер погибает в лапах тигра, выполняя свой профессиональный долг».
Что касается ее несчастных родителей, то они наверное похоронят ее, написав на надгробии: «Ей следовало выбрать другую профессию». Их непослушная дочь сделала глупый, но фатальный выбор. А бедный Вэйл! Десять процентов его комиссионных вот-вот исчезнут в пасти тигра.