Краем глаза улавливаю небольшое движение. Лилли сидит на нижней ступеньке лестницы, ведущей в главный дом. Наши глаза встречаются в молчаливом диалоге. Я нарушаю зрительный контакт и ухожу от неё, сложив руки за голову.
— Что ты хочешь? — спрашиваю я, стоя к ней спиной.
— Я просто... — она запинается. — Прости за то, что сказала до этого, я не хотела быть сукой.
Я поворачиваюсь к ней лицом и кладу руки на бок.
— Я имею в виду, что ты хочешь от меня, Лилли? Потому что мне больше нечего тебе дать, я достиг своего предела.
— Я не знаю. — Её тоненький голос отдаётся эхом в огромном пространстве моего подвала. Она поднимает руку и прижимает пальцы к губам. Её рука дрожит.
— Грёбаный ад, женщина. Что ты хочешь? Я гоняюсь за тобой с того дня, когда встретил тебя. Я мирюсь с твоим половинчатым поведением. Я не задаю вопросов. Каждый раз, когда у тебя что-то происходит, я рядом с тобой на все сто процентов, и всё же ты не знаешь.
Выражение её лица мгновенно становится жёстким.
— Я не просила тебя быть рядом со мной...
Я пересекаю комнату, пока не встаю в нескольких шагах от Лилли.
— Нет, не просила, я делаю это, потому что хочу. Я делаю это, потому что я хочу быть твоим всем. — Я жду ответа, но она молчит. Я качаю головой. — Знаешь, я больше не могу этого делать. Слишком, бл*дь, больно. — Я иду в сторону, чтобы обойти Лилли, но она встаёт и преграждает мне дорогу. Она стоит на ступеньку выше меня, так что мы смотрим друг другу в глаза.
— Пожалуйста, не надо. Я... — Она хватается обеими руками за волосы, и слёзы текут из её глаз. Она выглядит, как будто ей действительно больно. — Бл*дь. Я люблю тебя, — судорожно шепчет она. — Я люблю тебя, но я не знаю, что значит быть с тобой. Ты для меня всё, но я не могу быть твоим всем.
— Лилли... — я глажу её заплаканное лицо.
— У тебя будет ребёнок, Тео, и это так больно! — Лилли задыхается от рыданий. — Я никогда не смогу родить тебе детей, и я не знаю, смогу ли я спокойно смотреть на ребёнка от другой женщины рядом с тобой. Это ужасно эгоистично, но это правда.
— Ты – мое всё. Я знаю, что это ужасная ситуация, но я не могу жить без тебя. Я не смогу преодолеть это всё без тебя. Я не хочу причинять тебе боль, но если этот ребёнок действительно мой, я не смогу отказаться от него. — Кажется, что жизнь всегда ставит нас перед выбором.
— Я бы и не хотела, чтобы ты его бросил. Если бы ты так поступил, ты не был бы тем человеком, в которого я влюбилась, — шмыгает она носом.
Я ничего не могу ответить на это, поэтому я наклоняюсь и целую её.
Глава 24
Лилли
Поцелуй Тео жадный и требовательный. Весь огонь, вся страсть и любовь между нами выплёскиваются в этот поцелуй. Я не знаю, что я делаю. Я просто знаю, что мне надоело сражаться с ним. Он так необходим мне, как никогда не был нужен кто-то другой.
Он прижимает меня к себе, и мои пальцы путешествуют по его обнажённому торсу. Тело блестит от пота, точёные мышцы напрягаются, когда я касаюсь их, и моё лоно просто пульсирует. Боже, как же я скучала по нему. Его руки скользят под одежду, прижимаясь к моей обнажённой спине, и медленно стаскивают с меня кашемировый свитер. Его губы скользят по моему подбородку, вдоль шеи, целуя, посасывая, покусывая кожу, и прижимаются к моей ключице. Всё моё тело дрожит в холодном ознобе, и я отчаянно прижимаюсь к Тео. Меня совершенно ошеломляет то, как он властвует над моим телом. Мы отрываемся друг от друга только для того, чтобы он снял мой свитер.
— Ты такая чертовски совершенная, — выдыхает он, прежде чем медленно расстёгивает мою юбку, скользя руками вниз по бёдрам. Его пальцы ласкают мою кожу, едва касаясь нежными прикосновениями, и это заставляет меня дрожать. Мои соски твердеют и вжимаются в прозрачное кружево лифчика. Я стону, когда он жёстко сжимает мою правую грудь. Тео улыбается и скользит языком по краю кружева. Его зубы сжимают мой сосок, и из меня вырывается поток ругательств. Он смеётся низким глубоким смехом, и это заставляет каждый гормон в моём теле взрываться и гореть.
— Тео... — задыхаюсь я.
— Тсс. Я знаю, что тебе нужно, Сладкая. — Он хватает меня за бёдра и поднимает, оборачивая ноги вокруг его талии. Его мышцы слегка напрягаются. Тео несёт меня в угол комнаты, где пол покрыт матами для упражнений. Он опускается на колени, но меня не отпускает, вместо этого он притягивает меня ещё ближе к себе. Я седлаю его бёдра, а моя грудь прижимается к нему. Его руки держат моё лицо, наши глаза на одном уровне, и это совершенный момент истины, когда мы безмолвно говорим друг другу: «Я люблю тебя». Я поворачиваю голову и целую его ладонь. Его руки покидают моё лицо и хватают за бёдра, движутся выше, пока он не сжимает руками мои ягодицы. Он опускает голову и хватает губами мой левый сосок. О боже, я задыхаюсь.