Виктор из-за своего взвинченного состояния явно хуже оценивал ситуацию, поэтому согнулся от удара пополам. Даже сделал шаг вперёд.
Но резко разогнулся и зарядил незванному гостю головой в подбородок. А потом тоже сразу нанёс удар в живот.
Назар не удержал равновесия и, попытавшись остаться на ногах, зацепил кофейный столик. Тот самый, на котором когда-то у Виктора и Арины был единственный секс. Когда...
Почему-то воспоминание о том вечере, об этом столе, как будто бы задело что-то бесценное, словно придало мужчине сил.
Он снова кинулся на гостя, нанося новые и новые удары и не замечая того, что пропустил несколько ответных.
С грохотом полетел на пол задетый торшер. Потом почти у самой лестницы упала случайно зацепленная статуэтка.
Это была совершенно бессмысленная драка. Может быть от того, что сотрудничество не получилось, а может просто от желания снять с себя свою часть вины за вчерашнее... Но мужчины продолжали размахивать кулаками, уже почти не попадая в цель.
И всё это - совершенно молча. Со злым пыхтением и рычанием, но без единого слова.
И только тихий звук смог прервать их драку в одно мгновение.
- У неё опять жар, - сказала с верхней площадки медсестра.
И оба больших мальчика, как по мановению волшебной палочки, остановились.
Понятно, что выглядели они, как какие-то дураки-переростки. У Виктора даже рубашка была на груди разорвана. И из задетого носа сочилась сукровица. У Назара же была рассечена бровь и наливался огромным синяком подбородок...
Да и драка эта, словно средневековье какое...
Даже страшно было представить, что подумала о них медсестра.
Но ещё страшнее было осознать, что пока он тут развлекался, размахивая кулаками в попытке отключиться от неприятной действительности, Арине снова стало хуже...
* 7 *
Когда Виктор вбежал в комнату, взлетев по лестнице и моментально выкинув из головы и гостя, и драку с ним, он сразу понял, что Арине действительно стало хуже. Так же, как вчера.
Она снова дрожала, снова на молочно- белом лице проступили багряные горячечные пятна...
- Я уже ввела ей жаропонижающее, - сказала медсестра, с неодобрением глядя на Виктра, словно на провинившегося школьника. - Оно скоро должно подействовать. Только температура сейчас почти сорок. И поднялась очень быстро...
И она поджала губы, будто показывая, что ничего хорошего это не означает.
Да Виктор и сам понимал, что всё плохо. Что это уже третий эпизод лихорадки. И, скорее всего, не последний...
Как же так получилось? Почему она дошла до такого состояния? Ведь от одного потрясения вряд ли можно потерять сознание почти на сутки и биться в ознобе...
Значит... значит, она действительно дошла до края. До той точки, за которую нельзя было переступать. А он переступил. Нет, даже не так. Он сначала подвёл её к краю пропасти, а потом ещё и подтолкнул в спину. При этом даже не понимая, что делает...
Виктор присел на край кровати, которая мелко тряслась от дрожи Арины и взял её тонкую руку в свои ладони.
Вот зачем, зачем он вообще тогда их встретил? Зачем тогда зашёл в ту кофейню. Он ведь никогда не пил кофе в заведениях подобного уровня. А тогда вышел из офисного центра и решил сделать паузу. Остановиться на десять минут, погреться под последними тёплыми лучами осеннего солнца...
Да лучше бы он тогда отравился тем кофе. Лучше бы пошёл дождь. Нет, не просто дождь, а настоящая стихия обрушилась тогда ему на голову, только бы он не заметил их. И не решил поиграть...
Сейчас, глядя на идеально выточенный профиль Багирки мужчина недоумевал, зачем вообще приплёл в их отношения сестру. Ведь сразу же понял, что ему интересна только одна. Тогда почему?..
Да, ему было интересно попробовать сразу с двумя. Приручить обеих. Заставить их ревновать. Столкнуть...
Это было что-то новое. Такое, чего он никогда раньше не пробовал...
И теперь, глядя назад, на все их встречи, Виктор осознал четко одно: Назар был прав, хоть и получил за это в челюсть. Как говорится, правда глаза колет. Вот и ему, Виктору, тоже уколола. Да ещё как.
Но слова несостоявшегося компаньона про то, что он не уследил ни за одной из сестёр, глубоко осели в голове.
Да, он играл ими, придумывал всё новые и новые "развлечения," только совершенно не старался понять, что же каждая из них чувствовала.
Например, так и не попытался выяснить, а не маза ли Карина. А ведь это было важно. Да и вообще не старался даже влезть ей в голову и понять истинные причины её поступков. Но подобное просто недопустимо для доминирования, когда всё должно быть разложено на мелкие запчасти, развинчено до гаечек, чтобы правильно чувствовать нижнюю.