Уже темнело, когда они остановились перед домом мамы и Гордона. Внутри было темно, за исключением вспышек от экрана телевизора, который был виден через парадное окно. Значит, ее отчим был дома. Ура.
Ката хотела бы свернуться в клубочек и проспать целый месяц. Но ради матери она должна была во всем разобраться.
— Ты в порядке, мама? — спросила Ката, повернувшись на сиденье к матери.
Лежа на заднем сиденье, ее мать улыбнулась. Она выглядела бледной, а ее улыбка казалась натянутой.
— Ты слишком сильно беспокоишься обо мне, милая. Доктор сказал, что со мной все будет хорошо. Все эти лекарства помогли мне.
Но врачи также порекомендовали ей побольше отдыхать, и Ката знала, что она не получит этого здесь, рядом с Гордоном.
— Пожалуйста, останься с Мари на пару дней. Пусть она присмотрит за тобой. Я уверена, она будет рада принять тебя.
— Мы уже обсуждали это. Она занята Карлосом и мальчиками. Я не буду ей мешать. Кроме того, у меня есть свой дом. Гордон ждет меня.
Черт возьми, что она нашла в этой манипулятивной сволочи?
— Тебе нужен кто-то, чтобы позаботиться о тебе сейчас, мама.
— Правда, я буду в порядке.
Краем глаза она заметила, как Хантер нахмурился, словно спрашивая. Он не понимал, почему она так борется, чтобы удержать мать от возвращения домой. Она объяснила, что дело в Гордоне, но… может быть, картинка сложится, когда он увидит мудака в действии. После того как Хантер покормил ее сам и искупал, она не думала, небрежное отношение Гордона к собственной жене останется для него незамеченным.
Она должна быть счастлива, что Хантер, наконец, увидит ту женщину, которой она боялась стать, и поймет причины ее сопротивления. Может быть, он отступит и даст ей свободу. Но сейчас ее больше беспокоило, как бы их встреча с Гордоном не дошла до драки.
— Ты готова? — спросила она свою мать, как только Хантер остановил джип и выпрыгнул из него.
Когда мама кивнула, Ката открыла дверь и затем вытащила ее сумку. Мама попыталась подняться на ноги. Но Хантер не позволил ей этого. Он наклонился и поднял ее мать на руки, будто она ничего не весила.
— Мистер Эджингтон, я, конечно, старше и не так уж здорова, как вы, но я в силах справиться с парадной дорожкой самостоятельно. Вам не стоит беспокоиться обо мне.
— Меня зовут Хантер. И это не проблема, мадам.
Он оглянулся на свою жену. Несмотря на напряжение между ними, Кате оставалось лишь улыбнуться на это.
— Ты не победишь в этом споре, мама. Поверь мне.
Втроем они подошли к входной двери. Ката выудила свой ключ, зная, что Гордон будет только более раздражен их приходом — и выместит это на матери — если они заставят его вставать с дивана, чтобы пустить их внутрь. Он был эгоистичным ничтожеством, который сделает все, чтобы обеспечить собственный комфорт. И ее мать была для него частью этого, как электрическая бритва или мобильный телефон.
Он вел себя так потому, что мама была слишком слабой, чтобы противостоять ему.
Ката подумала о том, что после нескольких месяцев, проведенных вместе, или спустя годы, она будет такой же, как ее мать, — лишившейся силы воли, чтобы противостоять своему мужу.
Она толкнула входную дверь. Хантер последовал за ней внутрь, плотно прижимая мать к своей широкой груди. Ее кожа имела сероватый оттенок, и Кату до чертиков пугала мысль оставить ее здесь. Что если мама не выздоровеет из-за того, что не сможет отдыхать? Хантер нанял сиделку, что было облегчением, но Ката жалела, что не могла сама проследить за выздоровлением матери.
Не в первый раз Ката прокляла того, кто пытался убить ее. Этот мудак всучил ее в руки Хантера, и теперь она была вдалеке от того места, где, как диктовали ей ее обязанность дочери и любовь, она должна быть. Это выводило ее из себя.
— Где ваша спальня, мадам? — спросил Хантер у ее матери.
— Через гостиную, в конце коридора.
— Благодарю, мадам, — кивнул Хантер и продолжил путь через прихожую, в сторону гостиной. — Вашу сиделку зовут Бекка. Она будет здесь через час. Она заберет ваши рецепты и медицинские рекомендации по пути. Мы останемся с вами, пока она не приедет.
— Это так любезно с вашей стороны. Вы никогда не рассказывали, как вы с Катой встретили друг друга.
Сердце Каты вздрогнуло. Она просила Хантера оставить их женитьбу в секрете.
Сейчас не время волновать мать по этому поводу. И, правда, зачем беспокоить ее, когда Ката не была уверена, будет ли еще замужем к ближайшему воскресенью.
— Это ты, Шарлотта? — позвал ее Гордон сквозь рев телевизора, свешивая ноги с дивана.