Ката хотела попросить его, но не смогла вымолвить ни слова. Она завопила от отчаяния. Словно поняв ее, он снова, двигаясь сильнее и быстрее, сосредоточил внимание на ее клиторе, увеличив давление, идеально подходящее для того, чтобы подвести ее к самому пику оргазма. Затем сделал удовольствие еще более интенсивным, скользнув внутрь нее, давя на место, которое отправляло импульсы по всему ее телу, погружая ее в пучину удовольствия.
Где-то на границе своего затуманенного сознания она понимала, что сейчас была беззастенчиво погружена в своих сексуальные фантазии, но происходящее было слишком восхитительным, чтобы позволить себе проснуться. Зная, что все это происходит лишь в ее голове, она открыла свое сознание навстречу удовольствию.
Боже, этот мужчина из ее снов знал путь к ее телу, может, он спустился к ней с небес?
Ее спина выгнулась, тело приподнялось, скованное напряжением, будто ее резко толкнули, все в ней сжималось, словно в поисках последних крупиц того, в чем она так отчаянно нуждалась, именно в тех местах, где она испытывала особо острую нужду. Она была на грани, готовая взорваться. Но он отступил, нежно касаясь ее, избегая наиболее чувствительных мест. Хныкающий протест застрял у нее в горле.
Черт, она слишком сильно этого хотела. Для сна происходящее казалось слишком реальным. Она хотела рассмотреть своего любовника, спросить его, почему он мучает ее, умолять его об освобождении.
— Ката.
Шепот был так же реален, как и горячее дыхание на ее груди.
Она резко открыла свои глаза. Хантер стоял на коленях между ее ног, его большое тело отбрасывало тень на нее, а взгляд был горячим и хищным. Короткая стрижка заставляла, возможно, когда-то милое лицо выглядеть очень суровым и мужественным. Его пресс был напряжен, бугрясь эффектными кубиками над выцветшими низкосидящими джинсами. Хотя молния и была в порядке, но расстегнутая верхняя пуговица дразнила, скрывавшейся за ней выпуклостью. Она чуть не проглотила язык. Желание росло внутри нее.
С безжалостным взглядом Хантер сжал ее бедра, и его руки продолжили свой путь, двигаясь по ее мягкой плоти прямо к влажному входу. Его большой палец чувственно играл с ее клитором.
И Ката поняла, что ни одно ощущение из тех, что она чувствовала до этого, не было сном. Он вознес ее к самому порогу оргазма и оставил ее там извиваться от боли.
Сделал именно то, в чем там уверенно поклялся ей. Она хотела откусить его проклятую голову, сказать ему, чтобы перестал играть с ней. Но если она скажет что-то в этом роде, он примет это как личный вызов. Тогда ей точно не видать никакого оргазма: ни медленного, ни быстрого. И она прекрасно понимала, что Хантер сделал свою работу так же, как он делал все остальное — умело и идеально. Благодаря его отточенным движениям, она нуждалась в том, что дать ей мог только он… если захочет.
— Хантер? — она подняла свои бедра навстречу ему, прося единственным способом, которым ее гордость и страх позволяли сделать это.
Так открыто показывая ему свою безумную нужду, Ката чувствовала, что обнажилась перед ним намного сильнее, чем просто избавилась от одежды. С ее стороны признаться в том, что она жаждала быть под ним, принимая его глубоко внутри себя и оставаясь абсолютно обессиленной от его прикосновений, казалось таким же благоразумным, как и пуститься в открытое плавание с акулами. Но Хантер, безусловно, был способен пробиться сквозь ее сопротивление и съесть ее заживо.
Опасный блеск в его глазах, полуулыбка на его лице показывали ей, что он знал абсолютно все, что она сейчас чувствовала и боялась.
— Ты чего-то хочешь, дорогая?
Ката поджала губы. Она была большой девочкой, которая могла испытать оргазм без чьей-либо помощи. У нее было много практики в этом.
Но когда она попыталась сдвинуть руку над головой, чтобы добраться до своей киски, она обнаружила, что прикована к кровати наручниками. Попытка переместить другую руку окончилась тем же. Ярость и паника прошли сквозь нее отрезвляющей волной.
— Ты привязал меня к кровати?
— Приковал, если быть точнее. Они с мехом, но сделаны из стали и соединены цепью, припаянной к изголовью кровати, и крепятся к гвоздю, вбитому в стене.
Другими словами, она никуда не сможет уйти, пока он не будет удовлетворен и не позволит ей сделать это. Паника все же возобладала над гневом. Но небольшой вихрь возбуждения все еще закручивался внутри нее. С того момента, как они встретились, Хантер постоянно пытался контролировать ее словами или пускать в ход соблазнение. Но теперь он действовал серьезно. Кандалы, цепи и сталь. О, Господи.