Ката, ты не та женщина, которая может потерять себя.
Она покачала головой.
— Я должна была быть в ярости после порки, которую ты мне устроил, но вместо этого я могла думать лишь о том, угодила ли тебе.
— Это естественно для сабмиссива — иметь желание угодить своему Дому.
— Прекрасно, это значит, что ты будешь в настоящем раю, пока я потихоньку буду терять самоуважение…
Он прикоснулся к ее щеке.
— Это не работает в одностороннем порядке. Я тоже хочу угождать тебе. Всегда.
Но иногда мне необходимо совмещать это с твоими нуждами. Не думаешь ли ты, что вместо того чтобы шлепать тебя, я бы лучше провел лишние десять раундов в постели, занимаясь любовью?
— То есть, ты отшлепал меня только ради меня же самой? — в ее голосе звучало недоверие. — И тебе это не доставило никакого удовольствия?
— Разве что совсем немного, — признался он. — Но, да, в большей степени — это было ради тебя. В итоге, разве у тебя не возникло ощущение счастья и умиротворения? Желания отплатить тем же? Не чувствовала ли ты себя ближе ко мне?
Её ошеломлённое выражение лица показало Хантеру, что Ката даже в этот самый момент гадала, не читает ли он её мысли.
Хантер притянул её ближе к себе, ощущая себя одновременно спокойным и распаленным ее обнаженным телом, и пышной грудью, тесно прижатыми к нему.
— Я хочу защищать и любить тебя, а не разрушать. Или пленять. Я давлю на тебя в постели, потому что ты женщина с твёрдым характером, и у тебя хватит сил принять всё с достоинством. Сам процесс погружения тебя в подчинение — уже является для меня наслаждением. Если ты когда-либо почувствуешь, что отдаёшь слишком много, то просто используй стоп-слово. Мы всё остановим, что бы ни происходило, и поговорим. Как только я уйду с оперативной службы, мы начнем продвигаться более умеренными темпами в наших отношениях. Но тебе не нужны эти бумажки, милая.
Тебе просто нужно довериться мне, и я знаю, что это будет лучшим решением для нас обоих.
Ката напряглась в его руках и отшатнулась, качая головой.
— То, как я хотела услужить тебе сегодня ночью, испугало меня. Я знаю, ты говоришь, что это естественно, но это слишком скользкая тропинка, ведущая в ад, — она запнулась. — Ты заслуживаешь милую девушку, которая будет счастлива подчиниться тебе и никогда не оставит тебя. Но я не могу быть такой. Просто подпиши бумаги.
Когда ее глаза еще сильнее наполнились слезами, она болезненно поджала губы.
Хантер понял, что, несмотря на то что она считала развод выходом, ей было больно оставлять его. Это растопило его сердце и только укрепило его решение стоять до конца.
— Эта девушка — ты. Я не буду рушить наш брак без веской на то причины. И страх не может служить причиной для такого шага, — пропустив сквозь пальцы её волосы, он сжал их, притягивая её рот к своему. — Я собираюсь заслужить твоё доверие, показать тебе, какими прекрасными отношения могут быть между нами. Да, ты дашь мне многое, но, милая, в ответ ты получишь всё и даже больше. Я возвращаюсь на службу в воскресенье. Позволь мне доказать тебе, что у нас все получится, хотя бы за это время.
Она моргнула, когда осознала то, что он сказал. Ему пришлось сдерживать себя, чтобы не наброситься на её губы. Её сознание бунтовало против их притяжения, но, когда он приказал ей подчиниться, она перестала думать и начала чувствовать. Ему нужно было напомнить ей это состояние, когда ею управляли ощущения и эмоции, а не страх. Он дал ей почувствовать своё доминирование, и она нуждалась в большем, но также ей была необходима и его ласка.
Склонив к ней голову, он прикусил её нижнюю губу, затем успокоил жжение языком. Она ахнула. Хантер накрыл её сладкий приоткрытый рот своим, едва сдерживаясь, чтобы не уложить её на спину, развести бедра, глубоко погрузиться в неё и основательно трахать её, пока она не поймет, насколько она желанна.
Ката была настолько сладкой, что колени Хантера превратились в желе, когда он медленно вторгся в её рот. На короткий момент она напряглась. Но он успокоил её нежными поглаживаниями по спине, крепко поддерживая её за затылок. Она расслабилась и вцепилась в его бицепсы.
Будто нырнув в теплую воду в поисках сокровищ, он терпеливо углублял поцелуй, пока она сама не потянулась ему навстречу, встав на носочки, неосознанно поощряя его к действиям. Его язык танцевал вокруг её в нежной ласке, в тихом обещании большего. Ее нежный стон отозвался у него прямо в члене.
Услышав его, он отклонился назад, мягко касаясь её губ своими, соединяя их на миг, прежде чем отодвинуться.