Мы поспешили в комнату на поиски упаковки от средства защиты. Найдя его, обрадовался, словно ребенок. Вика не сдавалась и потребовала отыскать сам презерватив. Найти-то я его нашел, но меня немного смущало то, что обертка была одна. Я не настолько стар. Успокоил себя нашим пьяным состоянием ночью и вернулся в кухню.
Пока Вика снова прихорашивалась в ванной, не удержался и сфотографировал свидетельство о браке на память. Михе потом покажу. И себе пригодится в качестве пособия под названием: «Вредное влияние алкоголя на клетки головного мозга.».
В машине Виктория сняла кольцо с пальца. Сам не понял почему, но меня это задело за живое. Обидно, елки палки. Всегда пользовался популярностью у девушек, а тут не просо игнор, а полное нежелание идти на контакт, словно я прокаженный. Считает меня слишком старым для нее? Тогда бы не пялилась так на мое тело, думая, что я сплю.
Причину подобного поведения узнал в ЗАГСе, у Вики имелся жених. После ее криков, что мы разрушим ее жизнь, понял, что удерживать чужую девушку не имею права. Попросил Лидию Семеновну нас развести, а в качестве компенсации за беспокойство и устроенные проблемы, пообещал, что дальнейшее лечение ее мужа у нас в клинике станет для них бесплатным.
Клиникой управлял мой отец, но даже ему не нужно знать о причине моего решения, я просто оплачу в бухгалтерии счет из своих личных средств. Клиника у нас не дешевая, в ней лечатся не простые люди, но и я зарабатываю не мало.
Вернувшись из ЗАГСа в машину, я снял свое кольцо с пальца, с грустью посмотрел на его пару и запрятал обручальные ободки в карман. Странно, карьеру неплохую построил, связями оброс, считаюсь одним из лучших хирургов города, но жениться и обзаводится детьми не спешу. И вот, казалось бы, ошибка исправлена, я по-прежнему холост и свободен, а на душе какая-то пустота.
Я завел двигатель и направился в сторону дома сестры. Я обещал сегодня к ним заехать. Племяшка собиралась похвастаться своим новым шедевром. Она у нас юная художница.
Ведя автомобиль по улицам большого города, вновь думал о спелой ягоде среди зеленой листвы. Виктория никак не желала выходить из моей головы. Еще несколько часов назад я угорал над тем, как вляпался с пьяна, меня забавляла вся эта ситуация, а сейчас меня преследует горечь во рту от того, как все закончилось.
Подъезжая к особняку сестры, я надеялся, что маленькая, веселая Звездочка развеет мою печаль и поможет забыть о событиях последних суток.
Глава 4. Виктория
Неделя началась с маленькой радости, я перебралась в отдельный кабинет. И пусть он напоминал своими размерами кладовку с маленьким оконцем, за то только мой. Никаких лишних шумов, запахов, глаз, болтовни коллег, сбивающей с цифр, и температура в помещении угодная именно мне, а не откройте окно, здесь душно, закройте – жарко, обожаю гренки с чесноком и ой, я вчера малек перебрал на дне рождения друга. Брр…
Счастье мое длилось не долго, всего пару часов, пока переносила вещи, наводила порядок в кабинете и расставляла по полочкам папки по своему усмотрению. Затем я была вызвана к начальнику и началось… Складывалось впечатление, что Родион Дмитриевич на радостях от того, что руководство разрешило ему обзавестись помощницей, свалил на меня всю свою работу. Он уходил домой в шесть, а я оставалась до поздней ночи, чтобы выполнить все его поручения. Иной день приходилось появиться на своем новом рабочем месте уже в половине седьмого утра. К пятнице стала взглядом прикидывать пространство своей каморки, поместится ли тут раскладушка. Если так продолжится, то мне проще будет оставаться ночевать на работе, чем затрачивать полтора часа на дорогу в один конец.
Родители моему повышению порадовались, особенно папа. «Меньше времени останется на глупости в этой своей Москве.» - сказал он во время нашего телефонного разговора. В отличии от него, мама меня пожалела, потому что видела, как я устаю, ведь теперь мои вечерние звонки стали короткими и не из дома, а с работы. «Доченька, может, ну ее, эту работу? Возвращайся домой. Попросим Мирона Степановича взять к себе, будешь ему с бухгалтерией помогать. Пусть не такие деньжищи, зато спокойнее и с нами рядом.» - уговаривала она. Мирон Степанович – это местный житель, который, используя госпрограмму, переквалифицировался в фермера, выкупив часть забытого всеми колхоза. Местные жители его поддержали, так как он обеспечил людей работой, им теперь не требовалось мотаться в ближайший город в поисках заработка. Автобусы из нашего поселка ходили всего несколько раз в день.