- Что-то ты темнишь. – мама не поверила моей лжи. На то она и мама.
- У меня все отлично. – натянул улыбку на лицо и поцеловал маму в щеку. – Это мне твоих пирогов не хватало, а теперь я самый счастливый доктор на Земле. Нас таких двое, я и отец. Он же тоже с пирогами в кабинете сидит? – мама тихо посмеялась и кивнула. – Я сейчас эти слопаю, а потом приду к нему чай пить, чтобы и его пироги подъесть.
- Я вам еще напеку. – с улыбкой сказала мама.
- Конечно, но сначала я съем эти. Он свою порцию дома получил.
- Больше всех слопала твоя племянница, так что не жадничай.
- В Звездочку только конфеты в огромном количестве влезают и шоколад.
- И пироги с ягодной начинкой.
- Обжора! – рассмеялся я.
Мы выпили с мамой по чашке чая с ее восхитительными пирогами, и убедившись, что ее сын накормлен, она ушла работать дальше.
Глядя на тарелку с пирогами, я встал из-за стола, взял те, что оставались в пакете и направился на второй этаж. Глупо, да, но ноги сами несли меня в том направлении.
Войдя в палату Виктории, очень удивился пустой кровати, зато соседняя койка была занята.
- Здравствуйте! – поприветствовал девушку с округлым животом.
- Добрый день!
- Не подскажете, где Виктория? – спросил у нее.
В том, что девушка находится в клинике, я не сомневался, ее вещи лежали на тумбочке, а вот отсутствие Вики на кровати, немного сердило. Ей прописан строгий постельный режим, почему она его нарушила? Никогда не любил подобных пациентов, ты их лечишь, лечишь, а они тут же занимаются самовредительством.
- Мою соседку забрали на УЗИ. – сообщила девушка, отчего на душе тут же полегчало.
- Спасибо! – поблагодарил ее, подошел к тумбочке Виктории и водрузил на нее пакет с пирожками.
Выйдя из палаты, я пошел не в сторону лифта, а туда, где находился кабинет ультразвукового исследования. Я хотел убедиться в том, что Виктория действительно там, а не нарушает режим, разгуливая по отделению.
- Валентина Романовна, ты тут? – постучавшись заглянул внутрь.
- Тут. – раздалось из-за ширмы.
- А Виктория Вишневская с тобой?
- Со мной. – задумчиво протянула голосом.
Я прошел в глубь кабинета, прикрыв за собой дверь.
- Можно, я поприсутствую? – неуверенно спросил, остановившись у ширмы.
- Можно. – ответила Романовна, после непродолжительной тишины.
Я зашел за ширму. Вика лежала на кушетке, Валентина сидела за аппаратурой. Мои глаза сами устремились к экрану. Я всего лишь хотел удостовериться, что с девушкой и ее ребенком все в порядке.
- Плодное яйцо в норме, стенки ровные, деформации я не наблюдаю. – озвучивала вслух Романовна. – Есть незначительные отклонения, но главная опасность позади. Сегодня можешь вставать, но без энтузиазма. Только если очень надо. – посмотрела мельком на Викторию. – В остальное время старайся лежать. И самое главное, не нервничай. Думай о хорошем. Малыш чувствует мамино настроение. Смотреть на него будем? – с улыбкой в голосе спросила Вику. Та в ответ закивала. Романовна немного развернула экран. – Вот, смотри. Это голова, туловище, ручки и ножки. Все соответствует сроку девять недель.
- Это мальчик или девочка? – сиплым голосом спросила Виктория.
Ее голос заставил меня очнуться. Все это время я смотрел на экран, затаив дыхание. Во время практики я уже бывал на УЗИ, еще раз посещал подобную процедуру совсем недавно, вместе со Снежкой, мне хотелось взглянуть на племянника. Но сейчас я испытывал совсем другие ощущения. Словно этот ребенок мой, хотя я уверен, что это не так. Наверное, все дело в моем непреодолимом желании, я просто хочу эту девчонку, мне никак не дает покоя мысль о том, что я совсем не помню, как провел с ней ночь, какая она в постели. Подобное со мной в первые, вот и зацепило.
- Этого я пока сказать не могу. Недельки через три-четыре узнаем.
- Хорошо. – шепотом ответила Вика.
- Зато мы можем послушать сердечко твоего ребеночка. – с этими словами, Романовна постучала по клавишам и на все помещение разлились звуки бьющегося детского сердца.
Я слушал их и не мог понять, чье сердце громче стучит, детское или мое? Сам не заметил, как вцепился пальцами в спинку стула Романовны. Пришел в себя от неприятного скрежета в тишине помещения. Валентина давно выключила звук, а я продолжал стоять и смотреть на экран монитора. Это мои пальцы издали неприятный звук, скользнув по кожаной обивке, мои ладони вспотели от напряжения и соскользнули.