Таким образом, в день побега Утсары ему доложили о том, что любимый факир браматмы вылез из колодца, где, несомненно, скрывался, и исчез во рву дворца среди кустарников, так что следов его отыскать не удалось.
Узнав эту новость, Кишнайя, опасаясь, как бы факир не вздумал помочь пленникам бежать, немедленно отправился в зал, куда выходил колодец Молчания, прибыв туда через несколько минут после ухода Утсары. Туг убедился, что плита не тронута, но на всякий случай спрятал в зале одного из своих людей, приказав немедленно предупредить его, если произойдет что-нибудь необычное.
Как мы видим, факира немедленно застигли бы при попытке спасти сторожа обычным путем, Утсара еще был в зале, когда шум, поднятый одним из сопровождающих Кишнайи, привлек его внимание, и факир успел скрыться в одном из потайных коридоров до того, как вошел предводитель тугов. В борьбе между двумя партиями случай, который никогда нельзя исключить полностью из человеческих поступков, играл важную роль, столь важную, что порой его влияние имело непредвиденные последствия. В самом деле, не поскользнись один из спутников Кишнайи на лестнице, события сразу же приняли бы другой оборот. Утсару бы арестовали, он стал бы защищаться и, вероятно, был бы убит на месте. Немедленным следствием случившегося стала бы смерть сторожа от голода в ужасной тюрьме, а об отдаленных последствиях мы узнаем позже — сэр Джон Лоуренс, вице-король Индии, был бы спасен. Вот так самые незначительные события могут привести к совершенно неожиданным результатам.
Едва Кишнайя вернулся к себе, как его предупредили, что Утсара в сопровождении сторожа вышел из рва, где раньше исчез, и что оба отправились во дворец браматмы, ненадолго остановившись в хижине Дислад-Хамеда.
На сей раз вождь душителей отказался верить донесению и решил убедиться во всем собственными глазами. Как сторож, два дня тому назад бежавший из колодца Молчания — читатель помнит, что факиры нашли вход в колодец открытым, — осмеливается, не опасаясь гнева Кишнайи, разгуливать по улицам Биджапура? Такое поведение настолько противоречило трусости Дислад-Хамеда, что недоверие Кишнайи было вполне извинительно. Спрятавшись в развалинах рядом с дворцом, душитель удостоверился, что это была правда и что именно его пленник во плоти и крови сопровождал доверенное лицо браматмы. Шпион Кишнайи подслушал несколько слов из их разговора и доложил, что они направляются в Пондишери. Он увидел даже, как Утсара бережно нес в руке белый конверт, стараясь не помять его, а затем положил в ящик хаудаха. Последние сомнения отпали: Покоритель джунглей скрывался или в резиденции браматмы, или во дворце Адил-шаха. Отсюда он вел переписку с друзьями на французской территории, быть может, приказал даже прислать ему подкрепление… Самое главное теперь было завладеть письмом, которое посланцы Сердара намеревались переправить в Пондишери, там должно было содержаться объяснение многим непонятным фактам.
Поначалу Кишнайя хотел немедленно арестовать факира и сторожа, но об этом тотчас же стало бы известно Покорителю джунглей, если предположить, что автором послания был он. Напротив, было бы замечательно, если б предводителю тугов удалось точно выведать, где находится противник и каковы его намерения. Поэтому Кишнайя решил похитить письмо в дороге, обратившись к одному из самых проворных скороходов в городе, и тот за весьма приличную плату согласился выполнить это деликатное поручение.
Он и пустился в погоню за маленьким караваном, который шел по старой, вымощенной плитами дороге, ведущей от Биджапура до Мадраса, с ответвлением в сторону Пондишери, или Понди, как называют город туземцы.
Слон Тамби шел быстрым шагом, но скороход был неутомим. Караван двигался не останавливаясь всю ночь, и до одиннадцати часов следующего утра не произошло ничего особенного. Но в этот момент голод и жара заставили путешественников остановиться. Со вчерашнего дня они шли по бесконечному лесу. Утсара выбрал для стоянки тенистое и прохладное место, решив переждать до четырех часов дня, пока не спадет самая жара. Каждый день они должны были идти по 19–20 часов, а отдыхать — 4–5, включая еду и сон. Такими темпами они добрались бы до Пондишери за неделю.