Глава V
Ночное привидение. — Страх Сами. — Западня. — Английский шпион. — Пленники. — Военный трибунал. — Таинственное предупреждение. — Приговорены к повешению. — Последние часы Барнетта. — Общество Духов вод. — Завещание янки.
Боб Барнетт взобрался на шею Ауджали, который с легкостью преодолевал самые крутые склоны, и не прошло и часа, как они уже были у озера Пантер, оказавшись там почти одновременно с Покорителем джунглей и Рама-Модели.
После того как Сердар выслушал рассказ о происшедшем, у него не хватило духу упрекать товарища, тем более что он был счастлив вдвойне: и от того, что Боб, которого он считал погибшим, оказался жив, и от того, что Ауджали в этом приключении вновь показал свою сообразительность.
— Теперь, когда мы собрались вместе, — обратился он к спутникам, — нас здесь больше ничто не задерживает. Наша задача — не попасть в ловушку, расставленную нам англичанами. К счастью, Рама был предупрежден о ней вовремя.
— В чем дело? — спросил Барнетт.
— Этого следовало ожидать, — ответил Сердар. — Английские власти Калькутты сообщили о нас губернатору Цейлона, который на рассвете собирается окружить нас батальонами туземцев. Но он сильно заблуждается, полагая, что ему удастся так легко захватить нас.
В этот момент юный Сами испустил крик ужаса. С растерянным, блуждающим взором он протягивал руку в направлении кустарников, нависших над балкой. Юноша буквально остолбенел и не в состоянии был произнести ни слова, а меж тем он не был трусом, иначе Покоритель джунглей не приблизил бы его к себе.
— Что случилось? — спросил Сердар скорее удивленно, чем обеспокоенно.
— Ну! Говори же! — сказал Нариндра, тряся его.
— Там… там… ракшаса! — наконец едва выговорил бедняга.
В Индии, где вера в привидения часто лишает сна людей низших каст, чрезмерно суеверных, ракшаса играет примерно ту же роль, что в средние века оборотень во французских деревнях. Но поскольку воображение у индусов куда более пылкое, ужасный ракшаса не идет ни в какое сравнение с западным собратом. Он не только бродит каждую ночь и тревожит сон людей, может принимать обличья самых фантастических чудовищ и зверей, не только похищает трупы и питается ими. Он к тому же обладает способностью меняться телом с тем человеком, которого хочет извести, заставляя жертву бегать по лесам и джунглям в виде шакала, волка или змеи, в то время как сам он, чтобы отдохнуть от бродячей жизни, принимает обличье этого человека и занимает место в его доме, рядом с его женой и детьми.
Эти верования разделяются всеми индусами, так как очень немногие, даже среди высших классов, находят в себе силы, чтобы противостоять подобным суевериям.
— Ракшаса существует только в твоем воображении, — ответил Нариндра, направившись к кустам, на которые указывал Сами.
Маратх был настоящим вольнодумцем, а под влиянием Покорителя джунглей он окончательно распрощался с абсурдными верованиями своей страны. Он вернулся через несколько минут, обшарив кустарники и тщательно обследовав все вокруг.
— Там никого нет, — сказал он. — Тебе хочется спать, мой бедный Сами, и ты принял сон за реальность.
— Я не спал, Нариндра, — решительно ответил юноша. — Сахиб рассказывал мастеру Барнетту, что губернатор Цейлона хочет окружить гору сипаями, как вдруг ветки куста раздвинулись, и появилась чудовищная голова, вся раскрашенная белыми полосами, я видел ее так же ясно, как вижу вас, Нариндра. Я не смог сдержать крик, и голова исчезла так же быстро, как появилась.
Сердар был задумчив и не проронил ни слова во время этого происшествия.
— Разве последователи Кали, богини крови, в некоторых случаях не расписывают лица белой краской? — спросил он у Рама-Модели, внимательно выслушав объяснения Сами.
— Совершенно верно, — ответил заклинатель пантер дрожащим голосом, ибо, как и все его соотечественники, слепо верил в привидения.
— Что же, — продолжал Покоритель, казалось, не замечая волнения Рамы, — если Сами действительно видел в кустах похожую физиономию, это может быть только кто-нибудь из этих негодяев, они одни из всех индусов предали своих братьев и согласились стать английскими шпионами.
— Сахиб ошибается. Никто из них не осмелился бы подойти так близко к грозному Срадхане, в особенности когда луна освещает плато почти как днем. Сами увидел ракшасу… Вот! Вот! — голос Рамы прервался от страха. — Смотрите, вот он, вон там!