- Меня зовут Анна-Мона, а мою сестру – Рисса-Джанет. Я некоторое время назад работала механиком на самом большом корабле союза «Андромеды» - «Сатори». Капитаном его был (наверное, и есть до сих пор) старший сын Гарольда Джонса – Шон. Поэтому я очень странно отреагировала, когда вы сказали, что «Катарсис» скорее убьет нас… потому что однажды случайно стала свидетелем того, как Шон передавал списки своему первому помощнику. И среди прочего в разговоре упоминались имена и цены. Я сначала не поняла, что это такое. Только теперь до меня дошло. Но он видел меня, а потом меня уволили, и мне пришлось лететь к своей сестре. В последний год она чувствует себя не очень. Сильно болеет… Думаю, что стала свидетелем передачи данных для торговцев, может быть, и для тех, кто похитил нас. Все же, марать руки самостоятельно Джонсам не пристало.
Анна хмурилась все больше, пока не закончила говорить. И в наступившей тишине, она отвернулась к огню, задумчиво глядя на языки пламени.
- Мне кажется, - продолжила она, - что семья Джонсов вовсе не так чиста, как все о них думают. И, если бы сегодня не ваш друг, нам бы уже ничего не помогло затеряться на самой окраине вселенной.
Сай и Руи переглянулись.
«Ты должна знать кое-что», - потянулся к разуму сестры первый.
Она удивленно приподняла одну бровь.
«Бен Джонс знает ошибку в кодах всех систем, построенных на основе защиты планеты. Их корабли могут обходить законные порты, оставаться незамеченными для других кораблей, а еще…»
«Бен Джонс – самый большой обманщик Академии», - злобно добавила Руи, сжимая зубы.
Глава 14.
Беженцам удалось поспать всего несколько часов до того времени, пока солнце не встало окончательно, пробуждая обитателя этого дома и всю окрестную деревеньку. Когда плотно закрытая дверь на втором этаже громко хлопнула, спящие внизу Гейл и Сай подскочили со своих мест: первый лежал в кресле у практически погасшего камина, а второму достался диван. Они инстинктивно посмотрели друг на друга, собираясь в кучу после тяжелой ночи, и приветствовали хозяйку дома уже стоя.
- Прошу меня простить, любезная Ма-О Тун, - чуть охрипшим голосом произнес Гейл, встречая женщину приветливой улыбкой. – Мы отнимаем у вас время и ваше расположение.
Сай только сейчас смог рассмотреть ее. У женщины были длинные черные волосы, в которые вплетались золотые цепочки и заколки. Черные без белков глаза очень сильно напоминали глаза Гейла, а рисунки на лице – синие полоски, которые проходили от одной скулы к другой – рисунки древних земных племен индейцев. На женщине было просторное тканевое платье, украшенное местными витиеватыми синими узорами. А на руках красовались красивые золотые браслеты. Она была не высокой, но держалась гордо, хоть иногда от усталости ее спина так и тянулась вниз.
- Прошу меня простить, любезный Кхе-О Шан, что заставила вас так подумать. Вы вовсе не отнимаете у меня ни времени, ни расположения.
Она тоже внимательным взглядом осмотрела Сая, задержавшись взглядом на его волосах.
- Вы представите мне ваших спутников?
- Конечно, - Гейл снова чуть склонился. – Этот юноша – Сай Мейлонд. С далекой планеты Земля. Наверху все еще спит его сестра-близнец – Руи. Две девушки с розовыми волосами – Анна-Монна и Рисса-Джанет, тоже сестры. А еще с нами путешествует маленькая Луиза. Мы везем ее домой к родителям.
Сай бросил внимательный взгляд на него. Внезапно в его голове возник вопрос: а мог ли Гейл знать, что они с сестрой – с Земли? Получить эту информацию можно было только из их личных дел. При первом представлении Гейла на корабле не было. Мед отсек, каюта, коридоры и столовая – в них можно было бы встретить члена экипажа, который проболтается, но зачем кому бы то ни было разговаривать о двух новичках на корабле со спасенным? С каждой фразой Гейла вопросов становилось все больше. Но Сай не стал бы до поры до времени задавать их вслух, потому что знал, что если сейчас усомнится в нем вслух, то навсегда потеряет расположение сестры.
- Очень приятно, - проворковала женщина, подходя к камину и заставляя практически потухшее пламя вновь загореться теплым костром. – Гейл, как поживает Кхе-О Шан?
На этот вопрос, судя по лицу Гейла, заданный внезапно, тот поджал губы. Было видно, что он не хотел бы обсуждать эту тему. Ни сегодня, ни когда бы то ни было. Но вежливость заставила его ответить:
- Полагаю, вполне душевно. После моего побега я не возвращался домой.
Женщина залила воду в котелок, поставив его на подготовленную металлическую решетку над огнем. Она протянула какой-то звук, похожий на «ммм».