18 сентября 1982 года. г. Рябиновск. Полдень
Выспавшийся, а от того заметно повеселевший и порозовевший Константин не спеша подкатил на машине к гостинице. Вчерашние наставления подполковника заставили его отнестись к своему здоровью со всей серьёзностью. Оттого лёг он рано, а встал поздно — почти в десять утра. Катя, ставшая в этот день его личным секретарём, подняла трубку домашнего телефона ещё около девяти, тихо известила Зимина о том, что Костя ещё спит, и договорилась о рандеву мужа и Алексея Сергеевича в гостинице на полдень.
И сейчас, едва Константин вошёл в вестибюль, стоявшие у ресепшена Краснов и Зимин сразу идентифицировали его и двинулись навстречу.
— Добрый день! — сначала Зимин энергично пожал руку, а затем и Олег.
— Добрый, — улыбнулся в ответ Костя.
— Как самочувствие? — участливо поинтересовался Алексей Сергеевич.
— Сейчас в норме. Проспал почти двенадцать часов, но теперь хоть голова ясная. Ну что, вы готовы узнать правду, какой бы нереальной она не была?
— Ты серьёзно? — опешил Краснов.
— Думаю, нам лучше побеседовать в машине, — предложил Зимин, видя заинтересованный взгляд дежурной на ресепшене.
По мере движения «Тройки» к дому на Лесной, Костя неторопливо рассказывал всю историю его приключений в армии и до момента организации НПО «Прометей», опуская лишь эпизоды лечения руководства страны. Ни Зимин, ни Краснов не рискнули задавать попутные вопросы, предпочитая выслушать историю целиком.
— Значит, мы сейчас рвёмся вперёд, пытаясь обойти Запад? — сразу после окончания повествования спросил Олег.
— У нас нет другого выхода, — ответил Костя, заруливая во двор своего дома. — Я получил разрешение провести процедуру с вами обоими.
— Какую процедуру? — не понял Зимин.
— Реструктуризации головного мозга и заливку информации, которую определили вам как обязательную для дальнейшего взаимодействия.
— Константин Сергеевич…
— Алексей Сергеевич, давайте в нерабочее время без официоза? — предложил Костя.
— Как скажешь. Так вот, Костя… Как быть с тем, что заливка производится у тебя дома? Как быть с твоей супругой? Она же может узнать…
— Катя посвящена в тайну и имеет подписку на третий уровень, — усмехнулся он, выходя из машины. — Мы оба, да ещё моя сестра и её муж под плотным колпаком Девятого управления КГБ.
— Охрана правительства? — опешил Зимин. — Значит, Револий и здесь подсуетился…
— Не он, — мотнул головой Костя, — а САМ.
— Я тебя понял, — кивнул Зимин. — Тогда больше не стану выпытывать подробности.
Иванов в сопровождении гостей прошёл в дом. Катя, увидевшая в окно супруга и двух смутно знакомых ей людей, вышла навстречу.
— Добрый день!
— Катюш! Знакомься — товарищи Зимин и Краснов. Возможно, они станут постоянными гостями в нашем доме.
— А я их помню! Когда синтезатор и интерфейс им показывали. Если не ошибаюсь, Алексей Сергеевич и… м-м-м… Олег, так?
— Совершенно верно, Екатерина, — согласился с ней Алексей Сергеевич.
— Кать, принеси, пожалуйста, кибершлем из шкафа и серую пластиковую коробку, — попросил её муж.
— А?.. — осёкшись на полуслове, она внимательно посмотрела на него.
— Они оба дали подписку Остапову по нашему проекту с уровнем три нуля. Именно от него и поступило указание ввести обоих в курс дела.
— Хорошо, — улыбнулась Катя.
Девушка отсутствовала недолго. Аккуратно положив на край стола коробку, она не менее аккуратно поставила шлем ближе к середине.
— Чаю хотите? — поинтересовалась хозяйка дома.
— Благодарю, но чуть позже, — тихо проговорил Зимин, завороженно смотря на шлем.
— Давайте сначала каждому проведём реструктуризацию, а потом я залью вам кое-какую информацию, — предложил Костя.
— Так этот шлем может обучать человека разным специальностям? — удивился Краснов.
— Скорее дополнять уже имеющийся багаж знаний. Без знания основ человек не может понять, о чём идёт речь.
В тот же день. г. Рябиновск. Вечер
Круговерть событий захватила не только Ириного брата — девушка сама увязла в ней по самые уши. Хорошо, что Юля подставила дружеское плечо, а то бы Шмелёва не вывезла этот воз. В начале недели она набралась наглости и пошла на приём к председателю райисполкома. Кому Елена Михайловна, а кому и тётя Лена — вот на такой ноте они и общались. Куницина, получив негласное, но прямое указание сверху — всеми силами поддерживать идеологический проект, не стала размениваться по мелочам, а сразу вызвала к себе руководство ДЮСШ. Детская юношеская спортивная школа Рябиновска считалась богатой организацией — шефы, какими являлся химзавод, передали им на баланс сразу четыре корпуса бывшего спорткомплекса химического завода. Новый построили на территории предприятия, а этот просто подарили. Но загруженность была ниже среднего — пустовало два больших корпуса и лишь в остальных — поменьше, занимались воспитанники ДЮСШ. Вот на эти пустующие корпуса и попыталась наложить лапу предрик. Семён Михайлович Загинайко — директор спортивной школы, не сильно сопротивлялся. Только недальновидный руководитель будет вставать в позу перед главой партийного аппарата района. А ещё местное руководство постоянно помогало с выездами футбольной, баскетбольной, волейбольной и хоккейной команд, с приобретением спортинвентаря, ремонтом помещений… Словом, один раз картинно вздохнув, он дал согласие на использование не занятых помещений.