Оонэр встретился с алыми глазами монстра, с которым почти всю свою жизнь делил своё тело.
- Впервые твое желание освободиться от меня было настолько сильно. Эти людишки сумели пробудить его в тебе. В этот раз они спасли тебя, щенок, ты победил, признаю. Но надолго ли? Запомни, я ушел в глубину твое сути, но я снова покажу клыки, если ты дашь мне волю и убью любого, кто попытается тебе навредить. Любого. Даже этого зеленоглазого рыцаря, потому что я до сих пор не простил его.
- Но я никогда его ни в чем не винил, ты это знаешь, - ответил тот. - Надеюсь, скоро ты поймешь мои чувства.
- Я знаю их лучше, чем кто-либо. Но мне не понятно, почему ты не желаешь их смерти, ведь они бросили тебя…
- Нет. Я верю Эрику и его словам о том, что они пытались спасти меня.
- Веришь? Кому-то, кроме себя? Ха! Люди поистине глупы. Мы, оборотни, не живем стаями именно из-за того, что никому не доверяем. Это опасно. Любой тогда может проткнуть тебе брюхо.
- Вот поэтому я и оказался сильнее тебя.
- Забавно. У меня еще будет время подумать над твоими словами, - монстр скрылся и эхо от его грубого голоса утихло.
Оонэр с детства доверял Эрику, своему дорогому другу, и когда он сказал, что Тирамижея, та, которую, он думал, потерял навсегда, жива, ему захотелось снова увидеть её, снова услышать её звонкий голос и ощутить тепло от её улыбки. Но его проклятие не позволило бы ему этого. Тогда он запечатал оборотня глубоко в себе, чтобы он никогда больше никому не вредил.
Его затуманенный взгляд окунулся в небесную даль, усыпанную звездами. Не было привычного чувства страха, который удерживает тебя после ночного кошмара. Вместо него было давно забытое спокойствие и ощущение теплоты. Оонэр вдруг услышал бодрый и веселый разговор десятка голосов, собравшихся у жаркого костра.
- А ночка-то прохладная, - кряхтел кто-то.
- Леночка, плесни-ка мне еще винца!
- Вам уже хватит, - отвечала девушка.
- Что?! Какое вино?! Мы его в Хелл везем, остолопы! Налакались уже?! - зарычал Трой.
- Да ладно, капитан. На том развалившемся корыте только к морскому царю уплывешь.
Смех, подогретый хорошим вином, разогнал хмурое давление ночи.
Оонэр в первую секунду не поверил своим глазам, а в следующую им овладел необъяснимый порыв уйти, но перемешанный с тоскливым желанием остаться. Такое обычно возникает у бездомных псов, отвыкших от ласки заботливых рук. Они разрываются между желанием довериться и зарычать.
- Ой, проснулся, - объявил всем детский голос.
Он увидел Аску. После её слов рядом с ним кто-то зашевелился. Это поднялся Рэй, лежащий между Оонэром и Эриком. Аррек наклонился над полуоборотнем.
- Оклемался? - с усмешкой спросил он. - Как самочувствие?
Оонэр удивленно смотрел на зверя, позабыв, что на вопросы принято отвечать. Тут послышалось недовольное ворчание молодого рыцаря, который еще не до конца не очнулся ото сна.
- Куда свалил, Рэй? Быстро грей меня.
- Эрик…
Голос старого и когда-то потерянного друга привел зеленоглазого в чувства. Он повернулся на другой бок, чтобы снова увидеть его, игнорируя боль в плече.
- Давно не виделись, Оонэр, - с улыбкой поприветствовал он его.
Наконец-то кончились дни его одинокого скитания по глухому лесу. Он знал, что в нём скрывается сила — проклятье, которое он не может контролировать, и поэтому он оградил себя от людей, боясь причинить им боль. Годы мучений и тоски, ощущения того, что ты — единственный в этом огромном мире, выдержал бы кто-нибудь такое? Но все закончилось. Оонэр чувствовал это. Вместо пустоты и страха в сердце теплилась надежда и спокойствие. Его нашли друзья, которые, не взирая на его проклятие, перешагнули через это страшное препятствие и приняли его, как своего.
- Оонэр, мы заберем тебя в наш орден. В твой новый дом.
Эрик, отличавшийся своей живучестью, быстро шел на поправку. Уже скоро он сможет наравне со всеми преодолеть путь до Сурбинских гор. Ребелиос и Рэй в этом ему не уступали. Их раны затянулись, Элен уже перестала их перевязывать из-за ненадобности. Некую роль в этом сыграло и наличие редких целебных трав в лесу, которые без труда находил для них Оонэр, опираясь лишь на словесные описания от юной целительницы.
О Трое можно сказать лишь то, что с каждым днем его недовольство росло, подкрепленное видом пробоины в корабле. Матросов же не так сильно волновала эта мелочь, потому как они были уверенны, что сами легко и быстро заделаю её. У них была проблема поважнее: они не получили ранений в бою, потому что их прикрывала Ёко, девушка! Ужас. Осознание этого для них было трагичным. Мыслью о том, что они не сумели показать всю свою доблесть, они в конец взбесили Троя и он за это нытье одарил их хорошим «отцовским» подзатыльником, после чего те угомонились.
Готовясь к переходу через горы, Элен вместе с девчонками стали делать одежду для арреков. Их зимняя сбруя делалась из их походных одеял. Элен распарывала их с двух длинных краев и вытаскивала из них, словно внутренности, два слоя шерстяной ткани, из-за которых одеяла были такими теплыми и толстыми. В них были проделаны специальные широкие отверстия, через которые арреки просовывали передние лапы. Одежда застегивалась между лап на пуговицы. Такая одежда напомнила Мише одежду для собак. Ребелиосу, новенькому члену команды, девочки сделали такую же, воспользовавшись лишними одеялами с корабля контрабандистов. Ёко очень понравилось шить. И хоть она не раз уколола пальцы, она с радостью помогла Аске и Элен с их работой. Теплая одежда для рыцарей была упакована в мешках, которые летуны взяли с собой после разделения команды для того, чтобы рыцарям не пришлось
тащить их на себе в дороге до Ритима.
- Я, конечно, рад, что вы, прохиндеи, домой возвращаетесь, но мне до сих интересно, как вы собираетесь покрывать свой долг? - недвусмысленно намекнул им Трой перед их отлетом.
- Старик, мы тебя не обманем, - уверял его Эрик. - Как только мы доберемся до крепости, мы снова вернемся и расплатимся с тобой.
- Тогда оставьте залог!
С уставшим вздохом Эрик сунул ему в руки ножны с мечом. При виде такого сокровища у Троя больше не возникало претензий. Такой меч на черном рынке с руками оторвут.
- У вас четыре дня, - поставил капитан последнее условие.
Рыжеволосый рыцарь снова оседлал спину своего мохнатого товарища.
- Оонэр, садись ко мне.
Рэй был не против взять на себя нового знакомого. Со времени первой неприятной встречи стерся весь враждебный настрой и они сдружились. Элен и её подруга, Верок, взяли к себе Аску. Девочке очень нравилась белошерстная охотница и она была рада снова с ней встретиться. Кенай взял себе в пару Ёко. Она сначала растерялась перед выбором между ним и Мишей, и смущалась подойти к кому-нибудь из них. Поэтому, когда ледяной рыцарь сам предложил ей, она согласилась. Миша полетел на Ребелиосе один. Быстрее надо было соображать.
- Вперед, в крепость!
Луна-кокетка сыпала снопы своих серебряных лучей на спящий портовый город и застенчиво, из-под вуали палевых облаков, следила за одиноким силуэтом, спокойно и уверенно шедшим вдоль темной улицы, которая совершенно не предназначалась для прогулки в полночь, а как раз наоборот. Некто, скрывающийся под плащом и глубоким капюшоном, не беспокоился о своей безопасности. Это могло показаться глупым поступком. На крыше, скрываясь за ветхой трубой, притаился стрелок. Наконечник метил прямо в затылок таинственному бродяге. Рычаг арбалета щелкнул и болт со свистом разрезал воздух, грозясь пробить голову жертве насквозь. Цель достигнута! Однако вместо победной ухмылки у незадачливого убийцы сжались зубы. Выпущенный болт упал с отколотым наконечником к ногам мнимой жертвы, даже не поцарапав его. Он поднял голову и взглянул на крышу, безошибочно определив местоположение врага. Стрелку открылось из-под приподнявшегося капюшона жуткое зрелище: алые, безумные глаза с вертикальными змеиными зрачками, белые, сверкнувшие на блеске Луны, словно проволока, волосы и дикая улыбка, украшенная клыками. Злоумышленник сорвался с места, но никакая добыча не скроется от змеиного чутья.