«Чушь собачья! Не верю!» - яростно твердил себе номер шесть на радость змею: уж кому, как ни самому монстру знать, перед чем он бессилен.
Шаркань был уверен, что мальчишка будет в его вечной власти, до самой смерти, которая, впрочем, уже стучалась в двери. Но такая ли судьба была уготовлена тому, кого прозвали Белой Смертью?
На пути альбиноса неожиданно появилась Аска. Они остановились, увидев друг друга. Баск холодно смотрел на неё свысока, а девочка невольно сжалась, сцепляя смущенно пальцы и опустив светлую головку. На ней было то платье, которое должно было быть знаком для посыльного. То самое, с синими заплатами. Хоть Аске и не в диковинку было носить подобное, но под изучающим взглядом мальчика ей было неловко.
- Всё-таки не передумаешь? - серьезным тоном спросил он.
- Все на меня надеяться, и я не могу их подвести, - ответила девочка скромным голосочком, в волнение перебирая тонкую ткань юбки.
- Боишься?
- Боюсь… - тихо призналась она.
- А чего больше: провала задания или меня?
В его змеиных глазах девочка прочитала желание немедленно услышать правду. Аска почувствовала себя мышкой, стоящей перед огромным змеем. Однако, набравшись смелости, и не разорывая этот трудный для неё зрительный контакт, она проговорила:
- Я не Вас боюсь, а того, кто причиняет Вам столько боли…
И в очередной раз эта малышка сумела удивить Белую Смерть.
- Так ты видела его?
- Да, - несмело подтвердила девочка, слабо кивнув.
- И ты до сих пор согласна с желанием мастера, чтобы я был твоим телохранителем?
- Да, - снова кивнула Аска. - Я согласна потому, что даже сейчас, стоя рядом со мной, Вы удерживаете его, чтобы не навредить мне. Вы гораздо сильнее его, и поэтому мне не страшно идти на это задание.
- Вот как. Тогда не оплошай, - выронил Баск, чуть коснувшись её прекрасных волос.
- Я постараюсь! - улыбнулась Аска.
Рыночная площадь. Лавка мясника. Полдень. Условное место, условное время. Аска скромно сидела в неприметном месте, прекрасно играя свою недавнюю роль сироты-беспризорницы. Она, словно дикий зверек, запуганно смотрела из-под тяжелого капюшона на шумных прохожих, обнимая колени. Рядом с ней была старая плошка с несколькими медяками. До неё никому не было дело, все спешили по своим делам, не оглядываясь по сторонам и в этом не было ничего удивительного. За ней наблюдал только Баск, спрятавшийся в тени противоположного дома. Для маскировки он перекрасил свои волосы в черный цвет и спрятал свою белую кожу под крестьянской одеждой, которая не привлекала никакого внимания, чего он и добивался. На корабле остались ждать от них вестей Клайф, Трой, Кенай, Элен и Оонэр, а Эрик, которого так недавно тошнило во время плавания, в этот момент осторожно прохаживался вблизи того места, где должна была пройди встреча. Он сильно переживал за малышку и, не будь его лицо знакомо чуть ли не каждому солдату, сам бы её охранял, ни за какие лавры бы не доверил её «белобрысому пацану».
Нужный человек не заставил себя долго ждать. Он был одет в щегольской, дорогой костюм, выделяющийся среди разношерстного одеяния горожан. Шёл он не спеша, натянув мечтательную улыбку, подкрепленную хорошим вином, слегка толкая мелкие дорожные камешки тросточкой, выдавая в себе истинного вельможу. Ему уступали дорогу, не смея затуманить своим присутствием его хорошее расположение духа, и кланялись. Номер шесть сразу понял, для чего уголовнику нужен был этот образ — у дворянина никто не будет спрашивать о значении его действий, подозревая в них что-то из ряда вон выходящее, потому как ему всё можно, раз денег куры не клюют. Поравнявшись с Аской, тот, будто случайно её заметил, с сочувствующей жалостью протянул:
- Ох, бедняжка! И кто посмел такую прелестную крошку бросить на произвол судьбы? - в его голосе смешалось благородство и стонущая жажда увидеть справедливость мира сего.
- Полно Вам, батюшка! - слабо замахала тоненькой ручонкой девчушка. - Не стою я Ваших переживаний.
- Ох, видно, тяжела твоя жизнь, деточка, - мужчина присел рядом с ней и стал нежно поглаживать её хрупкую ладошку. - Я тебе помогу.
«Вот паскуда!» - прорычал Белая Смерть, стиснув зубы.
Одно лишь присутствие этого мужика рядом с девочкой, на которую он пялился маленькими похотливыми глазками, было ему противно.
«Что, мелкий, не нравиться?» - ехидно захихикал шаркань, вечный его спутник и проклятье.
«Молчи, змееныш!» - взбесился тот, узнав, что печать сломана.
«Советовал бы тебе сейчас не выеживаться, - тут же пресек его змей, приводя в чувства. - За тобой следят как минимум двое. Если с девчонкой что-то случиться, я помогу тебе перерезать глотки всем этим людишкам. Ты знаешь, я сам заинтересован в том, чтобы она умерла он моих когтей, а не от чьих-либо».
«Урод».
«Таким родился, - хмыкнул монстр в ответ. - А теперь слушай меня, мальчик. Спокойно стой и сфокусируйся на девчонкой, а я буду следить за прилипалами. Если она подаст сигнал — действуй».
Баск, перед тем, как отпустить Аску, сказал ей, чтобы она при первом ощущение опасности два раза сжала одну из голубых заплаток на платье. Так он поймет, что сама она с проблемой не справиться и ей нужна его помощь. Теперь Белой Смерти осталось лишь ждать этого сигнала. Как ни посмотри, а шаркань был прав — нельзя было действовать опрометчиво, но и видеть, как толстые дрожащие от возбуждения пальцы гладят Аску по голове, он долго не мог. В нем смешались ненависть к этому толстяку и отчаяние от того, что он и пошевелиться не мог, скованный ощутимым давлением слежки.
- Душенька, хочешь пойти со мной? - спросил Аску мужчина, напирая на неё своим грузным телом.
«Спокойно, парень, спокойно,» - прошипел шаркань, прекрасно знакомый с тем, что твориться сейчас в душе мальчика, услышавшего эти слова.
- Пойдем в мой дом, и ты забудешь все свои горести! Я одену тебя в шелка, будешь спать на мягкой кроватке, и есть, что хочешь и сколько хочешь! Ты будешь мне, как дочь, обещаю тебе.
«Убью, - прорычал Баск, ощущая спрятанную в перчатке острую иглу. - Я хочу убить этот мешок с тухлятиной!»
«Я же сказал, спокойно!»
Этот напор мужчины пугал Аску, все чаще и чаще заставляя её бросать растерянные взгляды на мальчика, стоящего в каких-то двадцати шагах от неё у противоположного дома. Он был единственным, кто мог ей помочь, ведь все прохожие лишь испуганно шарахались, для сохранения спокойствия собственной совести не желая быть свидетелями того, как дворянин заберет себе ещё оду игрушку. Пальцы девочки потянулись к голубой заплатке и судорожно сжали её.
«Ну же! - умоляюще требовал Баск, внешне сдерживая холодное самообладание. - Ещё один раз сожми и тогда я!…»
Но его мольба была не услышана. Пальцы медленно разжались, и девочка, взглянув на мучителя, вдруг любезно улыбнулась.
- Не забывайтесь, дяденька, - хитро прошептала она. - Мы ведь на работе.
Мужчина вздрогнул, отняв руки. А потом поспешно сунул руку за пазуху и швырнул в плошку сиротки тугой мешочек, звонко звякнувший при падении, и удалился. Только Аска с облегчением выдохнула, как её под локоть грубо поднял подбежавший Баск. Он окинул суровым взглядом остановившуюся в недоумении толпу и увёл девочку в тень переулков. В том мешочке они нашли записку.
- Умница, - поощрительно сказал мальчик, вызывая на добром лице девочки застенчивую улыбку.
Они передали послание в руки Клайфа и Троя, которые, прочитав его, нахмурились.
- Назад пути нет, - единственное, что сказал мастер «темного» ордена, и все поняли значение этих слов.
Под покровом ночи корабль контрабандистов бесшумно, словно призрак, пристал к темному пирсу. На каменном берегу ритимского порта стояла неприметная телега, груженная бочками, каких поблизости были сотни. Трой сошёл с корабля и ему на встречу тут же вышел незнакомец, появившийся, будто из неоткуда.
- Эгей! Сколько лет, сколько зим, старина! - приветствовал незнакомца Трой, словно увидел старого друга. - И давно ли ты околачиваешься в этом городишке, плут?