«Будь ты проклят, змей… Твою проклятую кровь перелили мне, сделав из меня чудовище, которое живет только потому, что убивает других… Ненавижу тебя… Себя… Лучше бы я никогда не рождался… Никто бы тогда не мучился от страха передо мной… Всем станет только легче, если я сдохну… Клайфу, его псине, Трою, маме, папе… Аске… Элен права - я опасен для неё…»
Боль в пальцах подействовала отрезвляющим образом. Баск резко вдохнул, кислород ударил в голову, эмоции и все невольные мысли встали под контроль. Он вернул свое прежнее самообладание.
- Ты все еще здесь, соколенок? - спросил Баск, с той тенью прошлого гнева. - Вали к своим, нам с тобой не по пути.
- Думаешь, истерика позволяет тебе мной командовать? Мы уходим, и ты с нами, - заявил Эрик, не боясь повторного удара, который у него был риск получить.
- Запомни, соколенок, ты сейчас жив только потому, что ты под защитой Клайфа. Было бы иначе, тот удар был бы для тебя решающим, - угрожающе произнес Баск, в упор глядя ему в глаза. - В «Белом Соколе» мне больше делать нечего. Я был на вашей стороне, только для того, чтобы найти базу торговцев, а больше мне вы без надобности!
- Значит не вернешься?
- Нет!
- А если я скажу, что тебя ждет Аска?
Мальчишка вздрогнул.
- Вот зачем ты мне это сказал? - поинтересовался он, чувствуя ноющую боль в сердце. - Да и с чего ты это взял?
- Я могу слышать мысли людей, если их желания очень сильны. Она действительно хочет тебя увидеть!
«Гадство…»
Эрик дал ему надежду на то, что Аска, если увидит его снова, не испугается и не прогонит. Ему вновь хотелось прикоснуться к ней, защищать её, только бы она простила его за то, что он столь мерзок и уродлив.
- Если ты мне соврал, я засуну твои уши тебе в глотку.
Боевые корабли Хелла стремительно приближались к берегам Эрограля, где согласно донесениям разведчиков скрывалась «дикая деревня». Разгроми её и у тебя будет мощнейшая военно-морская база, служащая прекрасным перевалочным пунктом, которому не страшны нападения ни с севера, ни с запада, ни с востока — всё закрывают горы. Отправляя туда оружие, войско, продовольствие, можно легко покорить Ритим и начать прогулочным шагом завоевывать Эрограль. Такую войну пророчили генералы королю Фредерику, но у него были иные мысли на этот счет. Несомненно, открытие этого райского места для военного стратега было огромной удачей, однако интуиция нашептывала недобрые вести. Лично возглавляя армаду, Фредерик в тот момент, когда Тирамижея встретилась в главном зале с Клодо, Ренатом и Эребом, стоял на мостике огромного судна, ища тяжелым взглядом каплю света в непроницаемой тьме. В эту ночь стояла напряженная тишина и темнота, вызванная приказом потушить все фонари на кораблях. Солдаты понимали, что впереди их ждет неизвестность, ради встречи с которой король проявил такую предусмотрительность. В такие тяжелые времена Фредерик ещё чаще вспоминал свою покойную жену, свой единственный свет в холодном мире. Он вспомнил её ласковый голос и улыбку, украсившую её прелестное лицо, когда она, рдея от смущения, призналась, что в утробе у неё их дитя, и в сердце его ненадолго воцарился покой. Могли ли они тогда, окрыленные счастьем, помыслить, что горе и смерть придут так скоро к их порогу? Он до сих пор не нашёл своего сына, пропавшего той ужасной ночью. Но если его сын жив, то он уже далеко не то беспомощное и крохотное создание, которое он трепетно держал на руках.
Фредерику в эту ночь приснился сон. Его любимая стояла перед ним, словно ангел, залитая божественным светом. Высокая, статная, наделенная той величественной и спокойной красотой, от которой иной молодой человек не загорается страстью, но чувствует тепло на сердце. Она была рождена для того, чтобы стать его королевой и прекрасной матерью для наследника трона. Но судьба распорядилась иначе, и теперь ей с Небес приходиться наблюдать за своим любимым мужем. Она остановилась перед ним и, немного погодя, будто набиралась смелости, сказала:
- Дорогой, прошу тебя, останови войско… Вернись домой.
Но тот качал головой.
- Дом мне опостылел без тебя и сына, - с горькой тоской отвечал король.
- Милый, молю тебя, не совершай ошибки — ты напал не на врага, а на невинных.
- Я не отступлю. Этот мерзавец Эдварк был в заговоре с Фурико! Он причастен к твоей смерти и еще смеет отрицать это!
- Почему же ты ему не веришь?
- А кого мне тогда остается винить в твоей смерти, кроме себя?!
Королева с грустью посмотрела на Фредерика, подавленного горем и отчаянием.
- Тогда запомни мои слова: зло порождает ещё большее зло, пролитая кровь влечет за собой слезы. Ты сможешь спать, когда тебе больно, но не сможешь уснуть, причинив боль другому.
И после этого свет потускнел, королева покинула короля.
- Я не вру, - утверждал Эрик, серьезно смотря на Баска. - Идём.
- Не сейчас. У меня здесь есть ещё дело.
- Тогда я помогу тебе.
- Я в этом не нуждаюсь. Но раз уж ты увязался за мной, то хоть под ногами не путайся.
Белая Смерть знал эту тюрьму, так как был здесь недавно — наведывался к одному головорезу, который мог обладать полезными сведениями, но как тогда оказалось, надежды его не оправдались. Зато благодаря этому визиту он прекрасно изучил планировку здания.
- Здесь они должны хранить ваши железки.
С этими словами альбинос открыл тяжелую толстую дверь ключом, взятым у убитого охранника. Дверь своей
камеры он легко выбил с петель, используя силу шаркани, и за это быстрое и необходимое освобождение ему пришлось дорого заплатить. Больше такого трюка он проворачивать не будет, по крайней мере не сейчас, когда у него осталось так мало жизненной энергии. Натянув свою рубашку, плащ, перчатки, повязку на голову, чтобы волосы в глаза не лезли, Баск перекинул свое снаряжение, умещающиеся в одной сумке, через плечо и уверенно направился вперед по коридору, в совершенно противоположную сторону от того места, где находились остальные члены команды.
- А теперь-то ты куда? - не понимал рыцарь, поспевая за ним.
Вместо ответа, мальчик привел его к заветной комнате управляющего тюрьмы, к настоящей кладези информации. Однако она прекрасно охранялась десятком солдат.
- Стой, ты и их убить хочешь? - остановил его Эрик, скрываясь с ним за углом.
- А что ты предлагаешь, святоша? - тихо шикнул на него Баск. - Это самый действенный способ убрать с дороги препятствия.
- Есть и другой вариант.
У парня в ладони появилась прославившаяся на площади в Лемире дымовая шашка, которая безотказно подействовала и на ритимских солдат, надолго лишив работоспособности их обонятельную систему.
- Больной придурок! Предупредил бы хоть, что такой смрад стоять будет! - негодовал номер шесть, обалдевший от этого дикого запаха.
- Зато обошлись без жертв, - зажимая нос, улыбнулся Эрик после того, как он вырубил всю охрану.
Баск зло цыкнул, чувствуя на языке тошнотворный привкус. Теперь перед ними осталась только запертая дверь, и настал его черед удивлять.
- Смотри и учись.
Он легко выудил из кармашка сумки крошечный шарик, размером с горошину, и засунул его в замочную скважину, а потом плеснул туда воды из фляжки. Бомба взорвалась деликатнейшим образом, не издав ни звука. Дверь открылась.
- Это как так? - восхитился парень.
- Секрет фирмы, - ответил мальчик, довольный его недоумением. - А теперь заткнись.
В кабинете было темно и тихо. Никого не обнаружив, Баск бесшумно скользнул в темноту. Эрик двинулся за ним, не уступая в искусстве маскировки.
- Стой на шухере, - сказал альбинос, зажигая свечу и открывая ящик в столе.