— Не-н-ет. Вы не та-ак поняли.
От накатывающей паники начинаю заикаться, упираюсь ладонями в его бедра. Мужская рука крепко сжимает волосы на затылке, еще немного — и точно скальп снимет.
— Чего не так? Че за ересь впариваешь? А, погоди, ценник набиваешь?! Так это только после.
Сердце ухает в пятки. Адреналин неумолимо гоняет кровь.
— Давай, ангел, — сильнее напирает на затылок, приближая прямо к выступающему между ног бугру
— Не здесь, — пищу на высоких нотках. — На… на… д-д-ив-ване у-у-д-добнее будет.
— Права, — с нездоровым блеском в глазах произносит.
Он тащит больно за собой. Ноги перестают слушаться, а паника и дрожь уже овладевают телом. Когда оказываемся возле уголка, не смею медлить. Собираю остатки сил, хватаю тонкую хрустальную вазу с небольшого высокого столика и ударяю парня. Со стоном отпускает, и я со всех ног мчусь подальше. Пробегаю по коридору, дергаю то одну, то другую ручку, но все комнаты закрыты.
Где же общий зал, из которого меня увели? Он должен граничить с той комнатой. Лида беспокоится уже. Наверняка ищет. Совсем не знаю злосчастного места, округи, но воля сильна. Подстегивающий страх не дает остановиться. Поворачиваю за угол и на полном ходу впечатываюсь в человека. От падения меня удерживают крепкие большие ладони.
— Пожалуйста. Помогите. П-по-жалуйста.
Истощенные вопли вырываются из груди, но едва я поднимаю взгляд, как страх полностью парализует тело.
Замираю в оцепенении, всматриваясь в янтарного цвета глаза. В них плещется настоящий огонь. Губы вытянуты в тонкую линию, скулы четко очерчены. Незнакомец порабощает одним только взглядом и уверенной позой. Никогда ранее не встречала подобного.
Позади раздаются шаги, и баритон, который заставляет вновь дрожать:
— Дядя, — взгляд мужчины переметнулся пулей на парня, но лишь на секунду. — Прости за беспокойство. Заигрались.
Незнакомый мужчина прищуривает глаза, чуть склоняя голову набок. Впервые по-настоящему понимаю значение слов «хищник изучает добычу». Передо мной самый настоящий хищник.
— Твоя? — спустя секунды молчания кидает вопрос через плечо, не спуская цепких глаз с меня. Словно поймал в капкан, загнал в клетку, если отвлечется, то добыча сбежит.
— Да.
При звуке женского голоса сердце начинает спасительно барабанить. Наконец-то Лида здесь. Сейчас все объяснит — и нас выпустят из этого места.
— Что же не познакомила с правилами?
— Она… она… — начинает мяться, и я теряю надежду на защиту. Каждый волосок на теле поднялся.
В голове начинает проясняться туманная картина.
— Видимо, я напугал. Новенькая. Впервые здесь, — вмешивается Эдуард.
— Впервые здесь? Или впервые в деле? — едва уловимы нотки стали в голосе моего спасителя. По крайне мере, так мне хочется думать.
— Она хорошая, — дополняет Лида, — и сейчас же исправится. С меня еще бонус.
— Почему просила о помощи?
— Я не знаю, — моментально спокойно отвечает «подруга». — Она — будущая балерина. Натура утонченная, женственная, не от мира сего.
Слезы сильнее брызнули из глаз. Вот на что я соглашалась. Вот почему все так смотрели. Они оценивали новую вещь в дорогой упаковке. Игрушку на ночь. Те женщины получили гонорар прежде, чем перешагнуть порог этого странного места. Я же по наивности. Именно об этом говорил Эдуард. Он заплатил за меня Лиде. Это именно то, о чем подруга упомянула вскользь. Я ему понравилась. Вот и все.
Мужчина кивает, и я замечаю, как Лидия кокетливо отводит в сторону глаза.
Она продала меня, отдала на растерзание зверям, не сказав ничего. Ради собственной выгоды.
Незнакомец жестко цепляет за подбородок, заставляя взглянуть в опасные глаза.
— Задам пару вопросов, затем пойдешь работать.
Отталкивает, и я лечу в чьи-то руки.
Глава 3
Мои ноги словно приросли к полу. Обведя взглядом комнату и поняв, что здесь никого, я нервно вздохнула, осознав, что до этого времени даже не дышала. Медленно сделав шаг, вновь осмотрелась. Кажется, это кабинет. Стол, книжный шкаф, большой диван, обтянутый черной кожей и отделанный деревом, два кресла схожего дизайна.
Никогда ранее не была в подобных домах. Может, это совсем не дом. Отель для разврата?
Звук старинных часов огласил ровно девять, а значит, здесь я уже сорок минут. Достаточное количество времени для пребывания на ногах, но усталости не чувствую. Годы тренировок у балетного станка начинают сказываться.
Подхожу к окну, но вижу лишь частично подсвеченный газон и беседку, в которой расположились несколько мужчин в деловых костюмах.
Вряд ли они мне помогут, если закричу.