Двухкомнатная квартира на улице Горького, 8 всегда была полна друзьями, однополчанами, избирателями, пришедшими по депутатским делам. В 1946 году А. И. Покрышкин был избран депутатом Верховного Совета СССР от Татарского района Новосибирской области.
В том же, 1946-м, все авиаторы были потрясены судом над командующим ВВС Главным маршалом авиации A.A. Новиковым, наркомом авиапромышленности А. И. Шахуриным и рядом других генералов и руководящих работников авиапромышленности. Все они были приговорены к различным срокам тюремного заключения за поставку в армию некачественных самолетов. Совсем недавно их награждали Золотыми Звездами и орденами, а спустя год — отправили в камеры и лагеря… Официальные обвинения были малоубедительны. За этим процессом и поныне тянется шлейф различных слухов и версий. По одной из них Новиков был арестован, чтобы выбить из него показания против Г. К. Жукова. По другой — сын Сталина Василий сам хотел стать командующим ВВС и доложил отцу об отставании нашей авиации…
Так или иначе, люди, надеявшиеся, что репрессии остались позади, что Победа сплотила наше общество, испытали шок. Герой Советского Союза Г. А. Баевский, в то время слушатель Военно-воздушной инженерной академии им. профессора Н. Е. Жуковского, вспоминал: «У всех ощущение было, прямо скажем, хреновое. Ну вот, опять… Что же дальше? — появилась мысль…»
В 1953 году все осужденные по «авиационному делу» были оправданы. A.A. Новиков после шести лет строгой изоляции в следственной тюрьме был назначен командующим Дальней авиации. В начале 1955-го его прямота и возражения на представительном совещании не понравились Н. С. Хрущеву, и Новикова сняли с поста. Несколько лет Александр Александрович занимал скромную для своего звания Главный маршал авиации должность начальника Высшего авиационного училища Гражданской авиации. Такие люди, как A.A. Новиков, оказались в мирное время не нужны…
Покрышкин не раз встречался со своим бывшим командующим на различных собраниях. Бывал Главный маршал авиации и дома у Покрышкиных. Уважение друг к другу они сохранили до конца своих дней.
… Подходил к завершению трехгодичный курс обучения в академии.
Из личного дела А. И. Покрышкина:
«За время учебы в Военной академии им. Фрунзе тов. Покрышкин аттестовался исключительно положительно. Проявил себя как весьма способный к учебе офицер. 1-й курс окончил хорошо, 2-й курс отлично, годовой экзамен за 3-й курс сдал отлично. Дипломную работу на тему «Борьба истребителей с большой группой бомбардировщиков» защитил с оценкой отлично.
… В аттестации на тов. Покрышкина особо отмечаются следующие положительные качества: дисциплинированность, добросовестность, выдержанность, спокойствие. Глубоко вникает в существо вопросов и принимает верные решения».
Должен был решаться вопрос о дальнейшей службе полковника Покрышкина. Его жена вспоминает, как однажды утром в их квартире раздался телефонный звонок:
«Властный мужской голос, который не счел нужным поздороваться и представиться, задал мне вопрос:
— Квартира генерала Покрышкина?
— Да, квартира Покрышкина, но вы ошибаетесь, он не генерал, а полковник.
— Ну, если с вами говорят из такого авторитетного штаба, как от Василия Иосифовича Сталина, то нам тут виднее — генерал он или полковник!
— Я не знаю, что вам там виднее. Однако сегодня утром я проводила мужа в академию в качестве полковника, — продолжала я стоять на своем.
— Вы убедитесь, кто из нас прав, — заявил звонивший. — Впрочем, передайте вашему мужу, что звонили от командующего ВВС Московского округа Василия Иосифовича Сталина. Завтра в десять ноль-ноль ваш муж должен явиться к нему.
— Хорошо, — ответила я.
Прямо скажу, звонок этот оптимизма мне не добавил, учитывая то обстоятельство — откуда он исходил! Кому, как не мне, был известен независимый характер мужа, его прямая манера излагать свои собственные суждения в любых обстоятельствах. Он привык честно работать, так же как и воевать. И уж в позе «чего изволите» никогда и ни перед кем Покрышкин не стоял! Проку от этого визита, на мой взгляд, ожидать не следовало.
К вечеру явился из академии Александр Иванович. Я ему сообщила, что был «интересный» звонок от Василия. В то время в военных кругах достаточно было назвать это имя, как всем сразу становилось ясно, кто это такой.
— А что им от меня надо? — спросил муж.
— Вот уж чего не знаю, того не знаю! — ответила я. — Завтра в десять ноль-ноль тебе велено быть на Ленинградском шоссе, там тебе, очевидно, скажут, зачем ты им понадобился.