Как обычно, утром подъезжал я к подъезду на Большой Бронной. Там уже вереница машин ждет начальников. Жил в доме один молодой видный генерал, выйдет и стоит как монумент. Если солдат замешкался, задремал — мог сразу снять с машины. Мы уже старались этого солдатика разбудить. А вот Александр Иванович сам подходил, поскольку иногда я просто не мог подъехать.
Выдержка Покрышкина удивительна. Не помню, чтобы он хоть раз поднял на кого-то голос! Еще одна его особенность — я не слышал, чтобы он громко хохотал. Если есть повод, только улыбнется. Улыбка его помнится…
Покрышкин как депутат Верховного Совета СССР в последний четверг каждого месяца вел прием по личным вопросам. Народу собиралось — страшное дело, холл перед кабинетом забит. Шли к нему все, в том числе из других округов. И всех абсолютно он принимал! Не мог терпеть только вранья. Кстати говоря, к нам в ДОСААФ приходило очень много людей, называвшихся «механиками» Покрышкина. Но у нас его однополчан знали и самозванцам ходу не давали.
Однажды я попросил Александра Ивановича помочь моему другу детства. Он служил в МВД, жил с семьей в комнате, ничего не получалось с квартирой. Покрышкин принял его, поговорил. И через две-три недели парень получил квартиру! По сей день благодарен.
Александр Иванович был всегда с народом. Обедал со всеми в общей столовой, вместе с ним мы ходили в парикмахерскую ДОСААФ. Жили Покрышкины достаточно скромно, лишних денег у них не было. Некоторые думали — у маршала есть все! А ничего особенного не было. Да, закупали продукты в специальной столовой на улице Грановского на 120 рублей в месяц, заказывали книги по бюллетеню, который ежемесячно присылался. Но эти льготы кажутся сейчас не особенно большими…
Александр Иванович был щепетилен в таких вопросах, получал только то, что было ему положено, не любил угодничества, тем более за государственный счет. С Александром Ивановичем я ездил на охоту под Рязань, в Белый Омут. Знаю, что комната, все услуги оплачивались им до копейки. Это был его принцип.
Запомнился такой момент. Покрышкины поехали за грибами вместе с друзьями Николаем Леонтьевичем и Верой Васильевной Трофимовыми. Александр Иванович очень любил походить по лесу, потихоньку. Возьмет сухую ветку, ворошит листья. На этот раз грибов не нашли. Собираемся уезжать — и вдруг появляется полная корзина.
— А это что такое? — спрашивает Покрышкин командира воинской части.
— Грибы, товарищ маршал.
— Где брали?
— Здесь.
— Кто вам разрешил?!
Александр Иванович отчитал этого командира за такую услужливость. Продукты и термос Мария Кузьминична брала с собой, угощений в таких случаях Покрышкин не признавал.
И дети Покрышкиных, Светлана и Александр, сами поступали в институты, на работу, поднимались по всем ступеням. Александр Александрович — душа-человек, труженик, как и его отец…
Когда Мария Кузьминична была в госпитале на лечении или в санатории, Александр Иванович сам занимался хозяйством, ходил в булочную за хлебом. Что интересно, дома у маршала был хороший инструмент. Он мог все отлично отремонтировать своими руками.
А какие друзья были у Покрышкиных! Под стать им самим. Мне особенно запомнился народный артист Борис Андреевич Бабочкин. В своей «Волге», в технике он разбирался неважно, иногда просил меня помочь. Потом приглашал меня с женой Верой в Малый театр. Простой в общении, добрый человек. Настоящий артист — на сцене полностью перевоплощался, становился неузнаваем. Были раньше артисты… И сейчас есть неплохие, но другого, наверное, склада…
На машине Александра Ивановича не было темных тонированных стекол, шторок. В дороге он молчал, думал, курил. Если работы больше, чем обычно, какие-то волнения, то курил больше. Музыку по радио предпочитал спокойную, любил песни военных лет, «День Победы» в исполнении Льва Лещенко.
Предлагали ему, как министру, установить в машине радиотелефон, но он отказался, говорит — мне на работу звонят, домой. Дайте хоть в машине отдохнуть…»
Многие из тех, кто работал с Александром Ивановичем в ДОСААФ, считают эти годы самыми памятными для себя, самыми плодотворными.
Конечно, его фронтовая слава первого трижды Героя оставила неизгладимый след в жизни послевоенных поколений. Генерал P. M. Жальнераускас, председатель ЦК ДОСААФ Литовской ССР, писал: «Тогда мы подражали Герою, думали, как быть похожим на него. И то, что я стал офицером Советской Армии, многие годы своей жизни отдал воинской службе, это безусловно влияние личности Александра Ивановича».