В официальном документе, представленном в суд полицией итальянского министерства финансов, отвечающей за выполнение таможенных правил, говорится, что Луккетта исполнял свои обязанности у здания болгарского посольства между 14–16 часами 12 мая.
Адвокат Консоло утверждает в своем представлении в суд, что если Луккетта приехал к зданию посольства вместе с Айвазовым в 14 часов, то болгарин не мог находиться на площади Св. Петра в это время, как утверждает Агджа.
Луккетта вспомнил, что они останавливались, чтобы заправиться, у бензоколонки, открытой вскоре после обеденного перерыва, который в 1981 г., возможно, был с 12.30 до 13.00 часов. Позднее он сумел представить вещественное доказательство в подтверждение сказанного: талон на бензин со штампом 12 мая 1981 г., который, как он сказал, дал ему Айвазов.
Предполагают, что защита использует показания Луккетты, чтобы доказать, что Айвазов не мог находиться с Луккеттой и одновременно завтракать с Агджой и находиться вместе с ним на площади Св. Петра в тот день.
А. Альбано предупредил, что не следует придавать слишком большое значение показаниям Луккетты, о которых он не упомянул в своем докладе. Он сказал, что другие сотрудники таможни дали показания и что, может быть, Агджа ошибся, когда он говорил о том, в какое именно время они находились на площади Св. Петра.
Хотя Альбано признал, что не знает никаких причин, объясняющих, почему Луккетта стал бы лгать, он сказал, не вдаваясь в подробности, что «в нашем распоряжении имеются подписанные документы, которые не совпадают с заявлениями Луккетты».
С тех пор Луккетта был переведен из таможни в министерство финансов в Риме, где он работает в центральном счетном управлении. В одном из интервью он отказался обсуждать свои показания, сославшись на существующие в Италии правила относительно секретности таких данных, а также на свой статус военнослужащего. «Я сказал Мартелле правду. Мартелла знает все», — заявил Луккетта, при этом он добавил, что он католик и горячий поклонник папы Иоанна Павла II.
Один из главных элементов в докладе обвинения — тот факт, что у здания болгарского посольства в день нападения стоял опечатанный грузовик. В своих показаниях в суде Агджа сказал, что план бегства предполагал наличие пустой посольской машины или дипломатического грузовика, который должен был вывезти его в Болгарию после того, как он будет стрелять в папу.
В соответствии с международной конвенцией такие грузовики инспектируются только при выезде и при прибытии и могут пересекать границы европейских стран без дополнительного таможенного досмотра.
Обвинение утверждает на основе показаний Агджи, что на этом грузовике Агджа и Челик должны были быть доставлены в Болгарию после покушения на папу. Все эти планы сорвались, когда Агджу арестовали на площади Св. Петра, но, по утверждениям обвинения, Челику удалось бежать и этот грузовик вывез его из Италии. Поскольку известно, что итальянские таможенники за несколько часов до покушения, опечатали грузовик, такой сценарий предполагал, что болгары сорвали печати и тайно вывезли на нем Челика (может быть, в каком-то ящике), а затем снова опечатали грузовик. Адвокат Консоло назвал такую идею «смехотворной» и сказал, что несколько итальянских свидетелей в своих показаниях заявили, что грузовик стоял не на территории посольства, а возле него, на виду у расположенных поблизости небольших магазинов.
Консоло отказался назвать фамилии этих свидетелей, сказав лишь, что их показания включены в документы суда.
Есть еще один черный ход в посольство, которым редко пользуются, но который днем всегда загораживает прилавок с цветами одного из самых больших цветочных магазинов Рима. Для того чтобы воспользоваться этим входом в посольство в тот день, когда стреляли в папу, понадобилось бы убрать тяжелый металлический прилавок с цветами, а это неизбежно привлекло бы внимание.
Есть еще один возможный вариант плана спасения, а именно Агджа и Челик сели в грузовик где-нибудь в пустынном месте, за чертой города. Однако такой сценарий подорвал бы утверждения прокурора о том, что болгары прибегли к необычной процедуре таможенного досмотра этого грузовика на территории посольства, а не на таможне.
Альбано в своем докладе привлек внимание к необычайно важной детали, а именно: в 1981 г. только одна импортная и одна экспортная операции были совершены за пределами помещения римской таможни, в болгарском посольстве в Риме 12 и 13 мая. Адвокаты посольства оспаривают это утверждение.