Что, черт возьми, происходит?
27
ОЛИВИЯ АККУРАТНО НАНЕСЛА НА ПЛЕЧИ солнцезащитный крем с SPF 85. Затем, убедившись, что каждый квадратный дюйм ее кожи надежно защищен от палящего сентябрьского солнца, она надела широкополую шляпу на свои короткие волосы и снова легла на шезлонг.
Иезавель неодобрительно фыркнула.
– Какой смысл загорать, если на тебе вся эта хрень?
Оливия затянула на шее завязки своего бикини с вишневым принтом.
– Мне нравится ощущать на себе солнечные лучи.
– Смотри, Иза, – произнесла Эмбер, – я вообще не пользуюсь солнцезащитным кремом. А знаешь почему? Когда я посмотрела «Воинов», заметила, что все женщины там довольно загорелые. – Она полностью сложила шезлонг и легла на живот, подставляя спину солнцу. – Как серьезная актриса, – продолжила Эмбер, повернув голову к ним, – я считаю, надо полностью вжиться в образ своего персонажа.
Оливия закатила глаза за огромными солнцезащитными очками.
– Как серьезная актриса, – проговорила она, с легкостью подражая тону Эмбер, – я считаю, что необходимо хорошо заботиться о своей коже, чтобы к тридцати годам не выглядеть как сморщенный чернослив.
Эмбер еще немного полежала на животе, затем, не говоря ни слова, протянула руку и раскрыла большой зонт, который полностью затенял ее шезлонг.
– Главное правильно расставлять приоритеты, – протянула Иезавель, беря журнал мод.
Они загорали в тишине, пока Пинат готовила на кухне что-нибудь перекусить. Подслушанный Оливией разговор между Эмбер и Иезавель все не выходил из ее головы, и она прикинула, что сейчас у нее есть прекрасная возможность попытаться что-нибудь выведать.
– Не могу поверить, – как бы между прочим начала Оливия, – что всего каких-то четыре дня назад убили Ронни.
– Три с половиной, – поправила Иезавель, читая статью о трендах осеннего макияжа.
– Не надо мне тут портить выходной – возмутилась Эмбер.
– Просто это так странно, – невозмутимо продолжила Оливия. – Во вторник вечером, когда мы все легли спать, мы и представить себе не могли, что на следующий день тот, кого мы знали умрет.
– Я его не знала, – вставила Эмбер.
Краем глаза Оливия заметила, как Иезавель и Эмбер переглянулись. Что же они скрывают?
– Но я думала, – сказала Оливия, садясь, – что Ронни и Рекс были знакомы. Я слышала…
– Закуски! – Пинат вышла из дома, неся в руках миски и тарелки.
Как же ты не вовремя, Пинат.
Пинат закрыла дверь ногой и зашагала к столику.
– Это новая линия здоровой пищи от мамы и папы, – сообщила она, раскладывая все на столе. – Батончики из ревеня и овса, вегетарианские шашлычки из копченого тофу со вкусом бекона, пикантные лепешки из киноа и чипсы из капусты.
Оливия оглядела тарелки с органическими, веганскими, безглютеновыми закусками, которые являлись основными продуктами империи свежих продуктов мистера и миссис Дамбровски, и мысленно порадовалась, что припрятала в сумке половину кусочка пирога с присыпкой.
Эмбер наклонилась над столом и сморщила нос.
– Похоже на корм для собак. Может закажем пиццу?
Радостная улыбка Пинат исчезла.
– О, я…
Пусть Оливию иногда и беспокоила бесконечная череда странных диет, которые мама Пинат навязывала своей единственной дочери, та все равно гордилась бизнесом своих родителей.
– А я думаю, это выглядит великолепно. – Оливия взяла шашлык из копченого тофу со вкусом бекона и с энтузиазмом откусила его. – М-м-м. – Она растянула губы в улыбке, заставляя себя жевать.
– Почему бы и нет? – Иезавель схватила батончик из ревеня.
Эмбер скривилась.
– По крайне мере, скоро придут парни, – сказала она.
У Пинат перехватило дыхание.
– Парни?
– Естественно. – Эмбер поправила топ-бандо. – Какая вечеринка у бассейна без парней?
– Хорошая? – предположила Иезавель.
Пинат уставилась на чипсы из капусты в своей руке, затем аккуратно положила их на салфетку. Развернувшись к двери в дом, она начала поправлять цельный ретро купальник в горошек, глядя на свое отражение.
– Могла бы и предупредить, что ты их пригласила. – Ее голос дрогнул. – Я же без макияжа.
– Будет тебе уроком, – заметила Эмбер. – Теперь всегда будешь краситься.
Оливия встала позади Пинат и приобняла ее.
– Ты выглядишь потрясающе. Кайл точно лишится дара речи, когда увидит тебя.
Пинат несмело улыбнулась Оливии.
– Спасибо, – прошептала она.
Эмбер вернулась к своему шезлонгу и подняла спинку.