Оливия подумала, что он окончательно сошел с ума, пока не услышала вдалеке слабые крики радости, словно от толпы на спортивном мероприятии.
– Что это? – удивилась она.
– Это, моя дорогая Оливия, звук народного восстания. А где общественные беспорядки, там всегда можно заработать. – Он рванул в сторону звука. – Вперед!
Оливии пришлось почти бежать, чтобы не отставать от Эда, петляющего по коридорам. С каждым шагом крики становились все громче и громче и чуть не оглушили ее, когда они вывалились на лужайку перед школой.
Эд резко затормозил.
– Офигеть!
Амфитеатр был полон студентов. Некоторые держали плакаты с лозунгами вроде «Мэнавцы = гестапо» и «Долой Уберти!». Другие высоко поднимали кулаки в воздух в такт своим песнопениям.
– Хэй! Хо! Мэнавцы должны уйти! – кричали они в унисон. – Хэй! Хо! Мэнавцы должны уйти!
И прямо посреди всего этого, с мегафоном в руке, стояла Мика Джонс, а рядом с ней ее лучшая подруга Китти Вэй.
Действительно офигеть.
Китти неподвижно стояла рядом с Микой и натянуто улыбалась, пока ее подруга заводила толпу.
– Вы устали от их террора? – крикнула Мика в свой мегафон.
– ДА! – ответила толпа.
– Вы устали от досмотра сумок?
– ДА!
– От допросов?
– ДА!
– От попыток настроить нас друг против друга?
– ДА!
– Я хочу услышать от вас «чёрт возьми, ДА»!
– ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ДА!
– Именно так!
План оставаться тише воды ниже травы накрылся медным тазом.
Мика передала мегафон Тео, который начал скандировать с не меньшим, а то и большим, энтузиазмом.
– Это потрясающе! – крикнула Китти, перекрывая ликующие возгласы.
– Я просто устала от этой херни, – ответил Мика. – Не хочу больше смотреть на страдания таких людей, как Тео. НПО заставило меня задуматься, что я могла бы сделать для помощи людям.
Китти захотелось ее обнять. НПО вдохновило на этот протест и положило начало движению за толерантность и свободу. Даже в самых смелых мечтах Китти не могла себе представить, что НПО действительно окажет на людей такое влияние, но многочисленные протестующие вокруг нее были тому доказательством. Может НПО и вляпалось в передрягу, но они делали все правильно.
– Разойдитесь! Разойдитесь!
Группа синих футболок пробиралась сквозь толпу учеников, заполонивших двор. Прямо в центре них, с лысой головой цвета переспелого помидора, шествовал тренер Крид.
Когда он приблизился к сцене, толпа затихла – не столько из уважения, сколько из любопытства.
– От имени администрации школы имени епископа Дюмэна, – начал тренер Крид, брызгая слюной во все стороны, – я требую, чтобы вы прекратили это незаконное сборище и понесли наказание.
Власть явно вскружила ему голову, и Китти всерьез засомневалась в психическом здоровье тренера Крида.
– Мы ссылаемся на Первую поправку к конституции: наше право на свободу слова! – крикнула Мика. Толпа взревела в знак согласия.
Крид вскочил на сцену и встал прямо перед Микой.
– В этой школе никакие права не действуют!
– Да неужели, – не задумываясь, сказала Китти. Она даже не поняла, что слова вылетели из ее рта, пока тренер Крид не повернул к ней свое потное лицо.
– Предательница! – прорычал он. – Ты предательница! – Он ткнул указательным пальцем ей прямо в грудь. – Я тебя за это отстраню от должности, Вэй!
Донте появился из ниоткуда и втиснулся между Китти и тренером Кридом.
– Отойдите, тренер, – холодно произнес он.
– Ты препятствуешь правосудию! – взревел тренер Крид. Его лысая башка окрасилась из красного в бордовый, а затем в фиолетовый.
– А вы превышаете свои полномочия, – ответил Донте. – Вам лучше уйти отсюда, пока кто-нибудь не пострадал.
У тренера Крида глаза чуть не вылезли из орбит.
– Ты мне угрожаешь, Грин? – Не дожидаясь ответа, тренер Крид бросился на Донте и ударил его в грудь.
– Донте! – закричала Китти. Но из-за шума она не могла расслышать даже свой собственный голос. Между Мэнавцами и учащимися, собравшимися на митинг, началась драка. Тела мельтешили туда-сюда, и в этом хаосе Китти потеряла из виду Донте и тренера Крида.
Вой сирен перекрыл крики и вопли драки, и внезапно десятки полицейских заполонили двор.
– Всем успокоиться!
Потасовка сразу же прекратилась, когда полиция ворвалась в толпу; все стояли неподвижно и молча. Все, кроме одного.
– Я тебя убью! – орал как сумасшедший тренер Крид. – Я сделаю это! Богом клянусь!