Донте держал тренера Крида на расстоянии вытянутой руки, отчаянно пытаясь уклониться от его ударов. Сержант Каллахан запрыгнул на сцену и оттащил тренера Крида.
– Немедленно прекратите! – рявкнул он.
Тренер Крид указал на Донте.
– Арестуйте этого предателя! – крикнул он. – Я приказываю, властью Мэнавцев.
– Вы не вправе тут что-либо приказывать, – произнес сержант Каллахан. По его голосу Китти поняла, что терпение офицера на исходе.
– Это моя школа, – заявил тренер Крид, тыча себя пальцем в грудь. – Отец Уберти дал мне право использовать Мэнавцев по своему усмотрению.
– Что ты, черт возьми, несешь, Дик? – Отец Уберти подбежал к сцене и начал нервно заламывать руки. – Сержант Каллахан, спасибо, что вы так быстро приехали. Кажется, ситуация вышла из-под контроля.
Сержант Каллахан холодно посмотрел на отца Уберти, и Китти улыбнулась, заметив, как директор ежится под его пристальным взглядом.
– Это правда? – резко спросил он. – Вы позволили тренеру Криду и Мэнавцам прибегать к насилию?
Рука отца Уберти взлетела к груди, а глаза расширились от притворного ужаса.
– Ни в коем случае! Я понятия не имею, о чем говорит этот человек.
У тренера Крида отвисла челюсть.
– Но вы сказали…
Отец Уберти перебил его:
– Ричард Крид, с этого момента вы отстранены от своей должности в школе имени епископа Дюмэна.
41
МИСТЕР КАННИНГЕМ СТОЯЛ С УГРЮМЫМ выражением лица посередине сцены, скрестив руки на груди.
– Это катастрофа.
Это явное преуменьшение. После митинга обе стороны принялись обвинять друг друга, и школа погрузилась в самый настоящий хаос. И хотя наблюдать, как студенты восстают против стиля руководства отца Уберти, было здорово, Оливия не могла отделаться от мысли, что все, за что боролось НПО, начинает рушиться.
– Мне жаль, мистер Каннингем, – сказал Донте. – Я не ожидал, что все выйдет из-под контроля.
Оливия обернулась и улыбнулась Донте. Его допрашивала полиция почти весь четвертый урок, и Оливия думала, что его отправят в тюрьму после стычки с тренером Кридом. Несколько учеников получили испытательный срок – Тео и Мика за организацию протеста, а кое-кто из Мэнавцев – за нанесение побоев, однако Донте появился на репетиции в тот же вечер с одним лишь предупреждением в своем личном деле.
– Все в порядке, мистер Грин. Я ценю вашу мотивацию и энтузиазм. Но, ребята, до премьеры осталось всего восемь репетиционных дней. И только. Поэтому мне нужно, чтобы вся ваша мотивация и энтузиазм были сосредоточены на этом спектакле в течение следующих двух недель. Есть вопросы? – Он указал куда-то в конец зала. – Да, мистер Блейн?
– Помните суфлера, о котором я вам рассказывал, мистер Каннингем?
Мистер Каннингем прикрыл глаза руками, защищая их от яркого света софитов.
– Отлично. Внимание всем! У нас новый участник постановки. Я хотел бы представить Марго Мехию.
Марго вышла из-за Логана и уставилась в пол.
– Мисс Мехия вызвалась помочь актерам разучить реплики и выступит в роли суфлера во время представления. Поскольку до премьеры осталось совсем мало времени, для подготовки нам необходимо как можно больше людей, а мисс Мехия, похоже, знает пьесу досконально.
Марго решила помочь со спектаклем? Это совсем на нее не похоже. Но теперь у Оливии появилась возможность поговорить с ней о фотографии, о которой упомянул Эд, не вызывая подозрений. Надо просто подгадать момент и остаться с ней наедине.
– Теперь, когда у нас есть почти все декорации, мы снова пройдемся по сценарию, начиная с первого акта, первой сцены, – продолжил мистер Каннингем. – Так как наш урок был отменен, сегодня вечером нам предстоит отыграть всю пьесу. Те из вас, кто не участвует в текущей сцене, могут встретиться с мисс Мехией в одной из гримерных и прорепетировать реплики.
Оливия заглянула в гримерку, которую заняла Марго.
– Привет!
Марго вздрогнула, словно ее застали за чем-то неподобающим.
– Привет.
– Ты собираешься помогать нам с заучиванием реплик? – спросила она.
Марго кивнула.
– Замечательно. – Оливия плюхнулась на стул напротив и улыбнулась. – Я готова.
Марго вскинула брови.
– Ты знаешь эту пьесу наизусть. Тебе не нужно репетировать реплики.
– Верно. – Ей следовало догадаться, что Марго не так-то просто обмануть. Оливия закрыла за собой дверь и понизила голос. – Зато так у нас есть повод поговорить, и никто не подумает, что это странно, понимаешь?
– О.
– Итак, – бодро начала Оливия. – Как у тебя дела?