Настоящая рок-звезда.
– Бри! – воскликнул Шейн.
Бри вздрогнула. Черт. Неужели Шейн заметил, как она бесстыдно разглядывала его татуированную грудь?
Но он просто широко улыбнулся.
– Входи. Тебе не обязательно стоять в дверях. – Он подошел и дружески обнял ее. – Ты практически часть группы.
У Бри сжался живот, словно ее кишки решили сыграть в «Твистер». Шейн отпустил ее, но взял за левое запястье и вытащил из кармана неоново-зеленый браслет.
– VIP-доступ, – сказал он с улыбкой. – Я так рад, что вы с Бэгси снова сошлись. Девушки участников группы всегда желанные гости за кулисами.
Девушка? Снова сошлись?
– Я не девушка Джона, – автоматически ответила Бри.
– Погоди, – Шейн наклонился к ней. От него пахло потом и сигаретами. Это опьяняло. – Вы двое разве не встречаетесь?
Бри покачала головой.
– Серьезно?
– Мы с Джоном друзья. Не более.
Стоило этим словам слететь с ее губ, она почувствовала, как внутри нее что-то изменилось. Слова казались пустыми и, впервые в жизни, совсем не искренними.
– Чувак, – позвал Гризли, привлекая внимание Шейна. – Может еще раз пройдемся по сету.
– Сделаем это так же, как на репетициях, – ответил Шейн. – Начнем с «Bangin’ Love», сыграем два трека с мини-альбома, а затем новые песни для спектакля. И я хочу исполнить кавер, который Бэгси принес на последнюю репетицию. – Он кивнул Джону. – Ты не против?
Джон мельком взглянул на Бри.
– Нет. Совершенно.
– Круто. Тогда последней будет «Bang It Out». Окей?
Все кивнули.
– Тридцать минут до начала шоу, – объявил Шейн. – Давайте взорвем зал!
Шейн, Гризли и Дьявол Дэн направились к сцене, чтобы проверить усилитель и микрофон, Джон же задержался. Он положил футляр на стол, открыл его и уставился на блестящую красно-белую бас-гитару.
– Ты как? – спросила Бри.
Джон продолжал смотреть на свой футляр.
– «Никакая награда этого не стоит».
– Вот только не надо опять «Звездных войн», – фыркнула Бри. – Будь серьезней.
– Не могу поверить, что я действительно это делаю.
Бри рассмеялась.
– Тогда ты, вероятно, такой единственный. – Она встала рядом с ним, и ее взгляд невольно скользнул по угловатой линии его подбородка. – Любой, кто когда-либо видел, как ты играешь, понимал, что это лишь вопрос времени, когда тебе представится подобная возможность.
Джон повернул голову и посмотрел на нее сверху вниз. Бри с удивлением увидела печаль в его глазах.
– Ты действительно так думаешь?
– Конечно.
Джон сделал шаг к ней.
– Ничего не хочешь мне сказать? Хоть что-нибудь?
Бри всмотрелась в его лицо, на котором отражалось волнение и смятение. Что он хочет от нее услышать?
– Вроде нет.
Джон глубоко вздохнул и медленно выдохнул.
– Скоро все изменится, Бри. После сегодняшнего вечера ничто уже не будет прежним.
Бри склонила голову набок. Ее встревожило сочетание страдания на его лице и серьезность тона.
– О чем ты?
Джон стоял так близко, что она чувствовала его дыхание на своем лице. Она хотела повторить свой вопрос, хотела узнать, что именно изменится, но, когда посмотрела ему в глаза, слова замерли на языке. Джон наклонился к ней, и на какой-то щемящий момент Бри показалось, что он сейчас ее поцелует.
Но он остановился, схватил бас-гитару и выскользнул за дверь, не сказав больше ни слова.
Она прислонилась к столу, тяжело дыша. Почему ее сердце так сильно колотится? И почему ее кожа такая холодная и влажная?
Бри закрыла глаза и прокрутила в голове последние несколько мгновений. Его губы слегка приоткрыты, веки полузакрыты, он наклоняется к ее лицу. Бри вздрогнула и распахнула глаза. Джон чуть не поцеловал ее. Она абсолютно точно уверена в этом.
А самое странное то, что Бри хотела этого.
44
ЭМБЕР НЕТЕРПЕЛИВО ПРИТОТЫВАЛА НОГОЙ НА ПАРКОВКЕ, в ожидании, когда Оливия и Пинат подъедут.
– Наконец-то, – рявкнула она. – Там уже длинная очередь, а вы же знаете, как я их ненавижу.
– Да. – Иезавель скрестила руки на груди, передразнивая Эмбер. – Я ненавижу стоять в очереди.
– Извини! – Пинат поспешила к ней, шаркая каблуками по асфальту. – Мы попали в пробку.
– Хм-м. – Эмбер бросила на Оливию испепеляющий взгляд. – Скорее, тебе пришлось сделать лишнюю остановку.
Серьезно?
– Но я же всегда подвожу Оливию, – оправдывалась Пинат.
Эмбер оглядела Оливию с ног до головы.