- Позволь поинтересоваться, чем вызван этот стриптиз? - как можно более сухо проговорил я. Поттер что-то невнятно пробурчал и снова отвернулся. Я фыркнул и видоизменил вопрос в требование.
- Будь добр, объясни, что происходит.
Ответом мне было многозначительное молчание. Теперь Поттер попытался стянуть полотенце немного вниз, обнажив спину и лопатки.
- Я жду, - напомнил я, подходя ближе. Поттер зябко повел лопатками. Я заметил, как с влажных волос, невысохших на концах, по спине, покрытой мурашками, еще медленно стекают капельки воды. Я невольно потянулся за одеялом - надо же как-то прикрыть это безобразие, хотя бы для того, чтобы мне хватило терпения выяснить причины такого поведения - и, дотронувшись, отдернул руку, зашипев от боли. Поттер проигнорировал это.
- Обжигающее или Жалящее проклятие, - негромко определил я, разглядывая пострадавшую ладонь. Поттер пошевелился и, наконец, заговорил.
- А какая разница?
Я продолжал изучать свою ладонь, но любезно просветил его.
- Разница в последствиях. После Жалящего заклинания распухает плоть, после Обжигающего появляется краснота или волдыри, в зависимости от силы заклинания.
- Значит, Обжигающее, - резюмировал Поттер таким сухим тоном, который мог сделать честь даже мне. Определенно, в процессе общения со мной мальчишка начинает перенимать мои манеры и интонации.
Я взглянул на него и приподнял бровь. Поттер не отреагировал - ясное дело, он все еще лежал спиной ко мне.
- Вас обожгло? - на теле я волдырей не заметил. Может, на руках? - Сильно?
- Не очень. Просто я не ожидал, - голос Поттера был бесцветным. Странно, неужели такая чепуха могла привести его в столь удручённое состояние? Хотя он пошел в ванную почти четыре часа назад… Ах, вот что означал тот вопль о слизеринском ублюдке. Похоже, зная, что Поттер не сможет расколдовать свои вещи, Драко нашел время пробраться в его комнату и отомстить. Когда? Это очевидно. Люпин не уследил. Значит, Поттер лежит тут уже часа три в таком виде. А тут ведь холодно, вдруг понял я.
- Как я понимаю, вся твоя одежда заколдована, - я взмахнул палочкой, наводя согревающие чары. Мне показалось, что Поттер немного расслабился. - А грязную ты не мог одеть?
- Ее Тибби унес. А сундук оказался заперт- я не смог его открыть, - Поттера словно прорвало. - Когда я взял… эм… штаны, я обжегся. Тогда я попробовал накрыться одеялом, а на нем заклятие сработало не сразу…
Я какое-то время ошеломленно смотрел на спину Поттера. То есть, Драко наложил на одеяло отсроченные чары, которые сработали тогда, когда одеяло было уже на Поттере?
- Покажи ожоги, - скомандовал я, забыв о собственной обожженной руке. Поттер отреагировал самым обычным для него образом.
- Э… что?
- Повернись, черт возьми, ко мне и покажи свои ожоги, - я решительно взял его за плечо и заставил лечь на спину. Поттер смотрел на меня широко распахнутыми глазами и судорожно сжимал край полотенца. Я невольно рассмеялся.
- Ты думаешь, я могу увидеть что-то новое? - я рисковал, напоминая Поттеру о том, что случилось между нами, но это подействовало. Поттер, как завороженный, опустил полотенце. Я стянул его вниз, разглядывая вздувшуюся кожу на боку, части живота и бедре. К счастью, нежные ткани чудом оказались не задеты, что было более чем возможно.
- Болит? - я старался не задевать обожженные места. Поттер кивнул. Впрочем, вопрос был риторическим. Я и без него знал, что боль должна быть очень сильной.
В коридоре послышались шаги, и я машинально запер дверь заклинанием. Поттер поднял на меня взгляд, и мне пришлось отвернуться. Мерлин, что же со мной делает этот мальчишка?
- Я сейчас постараюсь убрать боль, - я поднял палочку, нашептывая длинное заклинание. - Легче?
- Да.
Для снятия заклинаний с вещей Поттера мне не потребовалось особых усилий. Я, не удержавшись, укрыл его одеялом и направился к двери.
- Я принесу заживляющее зелье, - бросил я, выходя.
* * *
Этим вечером Рон ушел с кухни на четыре часа позже, чем Гарри, на все лады проклиная «этого сальноволосого ублюдка». Гарри сидел на кровати, теребя в руках страницу книги.
Мантия-невидимка лежала рядом, под одеялом.
Рон уснул быстро. Как только по комнате начал разноситься храп, Гарри как можно тише встал. Главное - не разбудить.
Свернув комом одежду, Гарри накрыл ее одеялом - на всякий случай. Вдруг Рон ночью проснется. А так будет казаться, что кто-то просто закутался в одеяло с головой.
Мантию-невидимку, впрочем, тоже можно было не одевать, но Гарри решил подстраховаться: мало ли кому приспичит бродить ночью по коридорам дома…