- А ты собираешься работать в аврорате? - Джеймс, судя по всему, удивился. Гарри кивнул.
В последнее время, обдумывая этот вопрос, ему все чаще приходила мысль, что он идет туда только потому, что больше некуда. Потому что все окружающие курса с пятого, наверное, подталкивали его к этому решению. Потому что Гарри ждала война, и рано или поздно ему пришлось бы выйти против Волдеморта. И лучше, если Гарри при этом будет знать весь аврорский набор заклятий и иметь хоть какой-то опыт за плечами. Но, конечно, Джеймсу Гарри об этом не сказал.
- Северус рассказывал, что там не очень хорошая обстановка, - мягко сообщил Джеймс. Гарри только пожал плечами.
- А ты? Северус писал, что ты поступаешь в какой-то университет зельеварения вместе с Малфоем. Как так получилось?
- А Северус писал тебе? - в голосе Джеймса послышалась обида. - И мне ничего не сказал? Вот… - он немного помолчал, подбирая слово, не нашел ничего подходящего, вздохнул и вспомнил, наконец, о вопросе, заданном Гарри. - Понимаешь, Драко с самого начала каникул закопался в учебники и целыми днями пропадал в лаборатории Северуса. Ну, а мне стало интересно, что он делает, он мне рассказал об этом университете, и…
- Рассказал после шестнадцатого повторения одного и того же вопроса, беспрестанного мельтешения под ногами, прожженной рабочей мантии, двух разбитых пробирок, рассыпанного порошка лунного камня и угрозы не отставать до тех пор, пока я не скажу всего, что его интересует, - сообщил голос позади. Гарри хмыкнул, судя по сконфуженной физиономии Джеймса, Малфой говорил правду. - Поскольку у меня недалеко стояла колба с драконьей кровью, я решил, что молчание - золото, которое придется платить за новые ингредиенты, поэтому мне пришлось рассказать ему все, чего он добивался.
- Доброе утро, Малфой, - как можно более миролюбиво сказал Гарри, не желая устраивать здесь драку по нескольким причинам: не хотелось расстраивать Северуса, разносить чужой дом, а еще случайное заклинание могло попасть в Джеймса. Ну, и такие мелочи как то, что Малфой однажды спас его, тоже накладывало на Гарри определенные моральные ограничения.
Малфой, как ни странно, вел себя довольно мирно. Подойдя ближе, он всего лишь сделал замечание, о том, что Поттер изгадил ковёр, а затем сел прямо на пол, прислонившись к креслу, в котором устроился Джеймс, и вытянул ноги в мохнатых домашних тапочках к огню. Гарри не сдержал смех.
- А это он у меня стащил, - чуть обиженно объяснил Джеймс. - Сказал, что ему как раз по размеру, а я их все равно не ношу….
- А ты не отвлекайся, - Малфой не обратил внимания на смех Гарри, - Мне тоже интересно узнать, почему ты вдруг надумал поступать в университет со мной.
Джеймс почему-то покраснел.
- Я уже говорил! Я не хочу весь этот год сидеть на шее у Северуса без дела! - судя по упрямому выражению лица Джеймса, эта тема обсуждалась не в первый раз. И, казалось, Гарри что-то упустил.
- Ну, конечно! А то, что ты варишь зелья для Мунго и Хогвартса, тоже считается «сидением на шее»?
- Что? - Гарри не поверил своим ушам. Джеймс смущенно повернулся к нему.
- Ну… понимаешь, Северус летом всегда готовил зелья для Хогвартса, а еще приходят заказы на его фальшивое имя из больницы Святого Мунго.… Ну, и Северус считает, что эти зелья слишком легкие. И отвлекаться на них все равно, что стрелять из пушки по воробьям. Ну, и получилось так, что под именем Северуса я готовлю зелья уже четыре года…
- Что? - повторил Гарри, - и никто не заметил подмены?
Джеймс только отрицательно покачал головой
- То есть, в больнице Святого Мунго лечат твоими зельями?
- Да, Поттер, неужели не понятно, - поморщился Малфой, листая брошенную книгу. - Кстати, тут у тебя неплохие заклинания есть… даже не темные… почти…
- Дай сюда, - буркнул Гарри, отбирая у него книгу. Малфой только презрительно хмыкнул.
* * *
Вчерашний несговорчивый заказчик, старуха, раза в два старше Дамблдора, изображающая физическую немощь и частичную умственную неполноценность, похоже, за ночь поняла, что рассказами о несчастной жизни, неблагодарных праправнуках и одинокой старости меня не разжалобить. Поэтому сегодняшний визит к ней носил сугубо деловой характер. Я не спрашивал, где ей удалось достать несколько ингредиентов, за каждый из которых я без сомнения отдал бы года три моей жизни, как и не интересовался, для каких целей будет использоваться Разрывающее зелье, которое мне надо было готовить. Это было одно из условий, на которых я готовил запрещенные зелья за такие большие деньги. Кроме меня было не больше десятка зельеваров во всей Европе, которые соглашались варить такие зелья. В Англии, насколько я знал, я был единственный.