- Почему ты мне не сказал раньше, что Гарри ждёт ребёнка - в его голосе невероятная тоска, но мне его нисколько не жаль.
- Потому что это ничего бы не изменило. Подойди сюда, - я ставлю на огонь котел с экспериментальным Волчьим зельем, учитывающим все индивидуальные особенности организма оборотня. Люпин оказал мне одну услугу, а я не хочу оставаться в долгу.
Он пытается что-то сказать, но я продолжаю говорить.
- Если ты думаешь, что смог бы заставить меня отказаться от этого плана, ошибаешься. Я бы лишь попросил помочь мне другого человека. И вполне мог бы ошибиться.
Люпин привычно протягивает руку, кровь льется в зелье.
- Ты должен был подумать прежде всего о нем…
- О, конечно, а я думал только о себе, - зло фыркаю я и отталкиваю Люпина от котла. Он сам заживляет порез. - Я и делаю все это исключительно ради него, идиот.
Зелье нестабильно. Я гляжу на часы и делаю пометки на куске пергамента, другой рукой аккуратно помешивая основу для зелья. Люпин стоит боком ко мне, прислонившись к стене плечом и разглядывая что-то в углу.
- В нижнем левом ящике шкафа у двери лежит адрес врача, - после долгой паузы неохотно сообщаю я. - Если Поттер попросит, дашь ему. Если нет, то свяжешься с ним через пять-шесть месяцев.
Люпин вздрагивает и подходит к ящику. Он почти пустой, там все мои бумаги, которые мне не надо прятать и которые не нужны мне в данный момент. Вытаскивает кусок пергамента, осторожно складывает и убирает в карман. Пускай, Драко и Джеймс знают адрес врача наизусть.
При мысли о Драко мне на мгновение становится больно, но я тут же успокаиваюсь.
Все в порядке.
- Мои записи с разработками твоего зелья будут лежать там же, - продолжаю я. - Когда придет время, можешь попросить Дамблдора - он поможет найти зельевара, который закончит мою работу. Только будь добр, сделай копии с записей и оставь их здесь на всякий случай… Вот, выпей, - я наливаю недоделанное зелье в стакан, мгновенно остужаю и протягиваю Люпину - реакцию организма на зелье надо прослеживать на каждой стадии.
Он выпивает залпом и морщится.
- Головокружение осталось, горло жжет… - сосредоточенно перечисляет он ощущения. Я записываю все: это потом можно вычеркнуть ненужное, а пока следует фиксировать даже малейшие изменения, чтобы найти идеальный вариант.
- Рем! Рем, ты здесь? - из-за двери доносится голос Джеймса. Он всегда ждет Люпина с нетерпением, каждый раз спрашивает о Гарри, вот только новости Люпин начал приносить совсем недавно.
- Я занят, Джеймс, подожди в гостиной, - отвечает Люпин. Я морщусь.
- Будь добр, не отвлекайся. И не вздумай передавать Поттеру просительные письма от Джеймса. Это будет эмоциональный шантаж.
* * *
Гарри стоял перед железной оградой, судорожно сжимал ручку чемодана и никак не мог решиться сделать несколько шагов и толкнуть калитку.
Просторная мантия скрывала выпирающий живот. Прошло уже четыре с половиной месяца с тех пор, как Гарри ушел из этого дома.
Он не хотел возвращаться.
Но в последние недели стало еще хуже, чем обычно. Ненормальная сонливость, по пятнадцать часов в день, непрекращающиеся головокружения и вспышки магии. И вдобавок сильные периодические боли. Примерно по десять минут в день, иногда - реже, иногда чаще.
А еще - степень сложности зелий теперь намного превышала школьную программу.
А Гарри не хотел потерять ребенка, к которому уже так привык и которого, кажется, успел полюбить.
Он улыбнулся, вспоминая, как они разговаривали тогда, когда Гарри было грустно. Он тогда клал руку на живот и рассказывал ему, ребенку, о самых счастливых моментах своей жизни. О том, как узнал, что он волшебник, о Хогвартсе, о Сириусе и о Роберте Джеймсе. А иногда - о Северусе…
- Поттер? - тихий голос Малфоя заставил Гарри отвлечься,… и он вздрогнул.
Возможно, это было из-за темноты, но никогда раньше Малфой не выглядел так скверно. Словно отсидел пару лет в Азкабане. Впалые щеки, тусклые глаза, кажется, даже пара шрамов на шее… Что случилось?
Почувствовав на себе взгляд Гарри, Малфой поежился и повыше поднял воротник мантии. Теперь оставалось только гадать, не привиделись ли Гарри шрамы.
- Давно тут стоишь? - бесцветным голосом поинтересовался Малфой. Гарри покачал головой. - Ты аппарировал?
- Нет. Добрался по каминной сети до местного паба, а оттуда дошел пешком.
Малфой вздохнул.
- Кретин ты. Зачем столько сложностей?
Гарри только пожал плечами. Не объяснять же, что не хотелось заходить в дом к Северусу без спроса, к тому же перед тем, как просить у него помощи…
Гарри судорожно вздохнул и вцепился в ручку чемодана еще крепче.
Как хорошо, что никто его не сопровождал - можно было отвести душу и разреветься по дороге. Хотя Сириус очень беспокоился, отпуская Гарри одного. Вот только сам он идти не мог, а Люпина не было уже месяц.