Сам Гарри гораздо больше волновался о ребенке. Северус как-то бросил мимоходом замечание о том, что снова отложил все заказы из клиники Смита, и зелья для развития ребенка тот берет из-за границы - заказывает во Франции. Гарри полчаса пытался внушить Северусу, что ребенок важнее, а сам Гарри поправится и без зелий Северуса, но тот ничего не желал слушать, только пригрозил заткнуть его Силенцио. Гарри, впрочем, не поверил, и правильно - Северус хватался несколько раз за палочку, но почему-то откладывал ее в сторону, только скрипел зубами.
Спор закончился победой Северуса, когда Гарри окончательно выбился из сил и уснул на половине фразы. Проснувшись, он обнаружил, что заботливо переложен к стенке и закутан в одеяло, что напрочь отбило у него желание продолжить спор.
Северус запрещал ему вставать, но Гарри чувствовал, что и не смог бы нарушить этот запрет. Несмотря на все укрепляющие, необыкновенная слабость мешала ему даже поднять руку - сразу кружилась голова. Северуса это явно тревожило, казалось, он предпочел бы, чтобы Гарри не слушался его - это по крайней мере говорило бы о том, что Гарри здоров.
Но еще неделю спустя зелья Северуса все-таки оказали свое действие. Зашедшая Помфри сообщила, что физически Гарри в полном порядке, и Северус с некоторой неохотой наконец ушел в лабораторию, работать, правда, потребовав, чтобы Гарри как можно меньше колдовал и приставив к нему Джеймса - на всякий случай.
Джеймс выглядел похудевшим и погрустневшим. Гарри не видел его не больше двух недель, и не мог понять, что произошло. Тем более, что это не бросалось в глаза: Джеймс казался все таким же жизнерадостным.
- У тебя все в порядке? - на всякий случай поинтересовался Гарри. Джеймс, который небрежно рассказывал об учебе, замолчал, растерянно моргнул и после небольшой паузы ответил:
- Да, все хорошо.
Гарри кивнул.
- Тебе Люпин письма приносил, пока ты болел, - после недолгого молчания вспомнил вдруг Джеймс. - Почта же до сих пор на Гриммаулд Плейс приходит. Может, сказать Северусу, чтобы он снял противосовиный щит?
- Да, наверное, - Гарри прикинул, сколько времени прошло с тех пор, как о их отношениях с Северусом стало известно журналистам. Наверняка все уже свыклись с этой новостью и перестали доставать их письмами. Кстати, хорошо было бы просмотреть газеты за последние дни…
Джеймс, оказывается, тем временем успел найти среди бумаг на обеденном столе несколько конвертов. Гарри просмотрел их и к своему удивлению обнаружил небольшую брошюрку - каталог из какого-то детского магазина.
- А это тебе Драко принес, он вчера на Косой аллее был, говорил, что ты все равно его туда пошлешь, - проинформировал Джеймс, развернулся и ушел на кухню. Гарри невольно улыбнулся, отложил каталог на подлокотник и распечатал конверты.
Два письма были от Уизли: от Рона и от Чарли. Письмо Рона было кратким и немного сумбурным, поздравления с победой смешивались с информацией о том, что Гермиона медленно, но верно идет на поправку, но из больницы ее не выписывают. Судя по дате, письмо было написано больше недели назад. Интересно, Рон в курсе того, что произошло с Гарри? И кто вообще знает еще об этом, кроме Дамблдора и Помфри? Наверняка Джеймс сказал Люпину, раз он приходил, а значит, знает еще и Сириус…
Чарли писал, что несколько дней пробудет в Норе, и был бы рад видеть Гарри. Опасаясь, что он все пропустил, Гарри бросил взгляд на дату. Письмо пришло два дня назад, а значит, он еще успевает. Надо только договориться с Северусом и миссис Уизли насчет визита.
Еще одно письмо было официальным уведомлением из Министерства. В одном конверте их оказалось два, о присуждении ордена Мерлина первой степени Гарри и Северусу. Северус, наверное, еще не знает, ведь конверт не был распечатан.
Но самым неожиданным оказалось нижнее в стопке письмо - из клиники Смита. Гарри разорвал конверт дрожащими руками. Внутри были несколько бумаг. Счет на какие-то зелья, озаглавленный «непредвиденные расходы за счет пациента». Лист, исписанный мелким почерком, внизу которого крупно было написано: «Кризис миновал, рецидива не предвидится, на данный момент состояние превосходное». И небольшой картонный прямоугольник - одноразовый пропуск в инкубаторное отделение на имя Г. Д. Поттера и С. Т. Снейпа, как было написано.