С прядью чьих-то волос в руках она проникала в сознание её обладателя и начинала видеть его глазами, слышать его ушами, чувствовать его тело и внедрять в голову человека нужные мысли, информацию и приказы. Её заставляли вселяться в любого человека повсюду на планете, где бы он ни находился, управлять им и заставлять его делать всё, что нужно. Мишенью экспериментов служили не только отдельные личности, но и массы людей, затрудняя их мозговую деятельность и внушая подчинение, животные, конкретные районы и технологии.
- Что творится в нашем городе? - заходились в панике репортёры новостных каналов. -
Столицу охватила невиданная двухчасовая волна преступности среди населения, которая стихла также внезапно, как и началась. Тысячи пострадавших доставлены в больницы. Вторя человеческим аномалиям, погода тоже словно сошла с ума. То неизвестно откуда налетал ветер ураганной силы, то среди ясного неба, когда метеорологическая ситуация полностью исключала что-либо подобное, вдруг разражался грозовой шторм с молниями и градом. И наконец, совсем неслыханное дело - снег в середине лета, который прошёл чётко ограничившись пределами Садового кольца!
А сегодня утром взору работников Государственной Думы предстала невероятная картина. В зале пленарных заседаний царил полный разгром. Кресла, словно выдернутые со своих мест чудовищной силой, валялись в беспорядке по залу. Система голосования выведена из строя льющейся с потолка водой. В негодность пришла часть техники, обвалились облицовочные потолки. Ущерб ещё не оценён. Очень сильный запах сырости до сих пор витает в воздухе, но руководитель думского аппарата заверил, что Дума будет функционировать в обычном режиме.
Пока трудно сказать, что явилось причиной этого ЧП, но власти не исключают версию о теракте.
Страшные события следуют одно за другим. Что погнало животных в город? Какое неведомое оружие взорвало купол универмага и вывело из строя миллионы телевизоров? Кто или что вызывает природные катаклизмы? Что это, божий гнев или проделки террористов? Есть ли какая-то связь между этими событиями и, быть может, битва за Армаггедон уже началась?
Пока вопросов больше, чем ответов.
Глава 39.
Сидя на пушистом, как плотная вата, облаке Дино задумчиво вглядывался в серовато-туманное пространство. Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, он даже представить себе не мог, что будет, подобно альтисту из любимого романа* сидеть вот так в космическом пространстве. Но осуществлённое желание не приносило должной радости. Перед ним, исходя из распростёртого внизу спящего города, из его крошечных домов, вдоль улиц, дорог и площадей тянулись в бесконечность скрученные ленты. Сакральные серебряные паутинки слегка колыхались, крепко соединяя тела спящих с их унесёнными в сияющие дали сна душами.
Где-то там, прямо из сердца города исходила, трепетно дрожа, и Её магнетическая нить. Он нашёл её среди множества переливающихся струн, но толку? Сквозь непроницаемую толщу сна он проникал в её подсознание, пытался заговорить с ней, объяснить, что он вовсе не плод её сновидения и не призрачное видение, плавно парившее над её кроватью, но она только улыбалась и, переворачиваясь на другой бок, уносилась в сонное забытье.
Как разбудить спящую душу, которая даже не подозревает, что на нашей планете одновременно сосуществует множество миров, в которых каждый человек путешествует, сам того не ведая, во сне, чтобы дух хоть не надолго вернулся в свою родную обитель и отдохнул от мирских страданий, обретая Сознание? Этот тонкий план пронизывает всё сущее и границы его бесконечны. Именно в эту тонкоматериальную реальность попадает душа человека после того, как ослабевает и рвётся шнур, которому уже не нужно связывать отработавшее своё физическое тело и развоплощённый дух, вылетев из ставшего ненужным футляра, достигает уровня свободы в запредельном мире. Это будет позже и с каждым, а 'доколе не порвалась серебрянная цепочка, и не разорвалась золотая повязка'**, пока тело спит можно попытаться приподняться над сковавшей его 'незыблемой реальностью' и выйти за границы времени и пространства, ощутив всю мощь Божественного творения в реальности истинной.
Он сидел и терпеливо ждал, когда ёё призрачное, еле очерченное эфемерными флюидами, астральное тело снова вернётся из бесконечности и, проплыв мимо, исчезнет, провалится, следуя за паутинкой шнура в себя спящую. И тогда он снова последует за ней. Другого пути не было.
Она прошла мимо, прозрачная, как всегда сонно опутанная собственным неведением, брела, неумело ступая в астральном киселе и, достигнув места исхода шнура, исчезла. Шнур уходил в ярко очерченный клочок земли, который казался тонким, слегка расцвеченным паром, квадратом. Дино нырнул следом и провалился. В глаза бросились двигающиеся искры.
Он свободно летел сквозь твердь пород, проносился по подземным пустотам, окунался в реки и снова летел сквозь слои земли, пока не вывалился в огромную полость, великолепные пейзажи которого освещались неживым блеском безжизненного солнца и не оказался у изголовья любимой. Разметавшиеся по подушке волосы обрамляли немного бледное, родное, такое по-детски невинное, лицо, а вокруг головы вспыхивали маленькие огоньки жизни. Это было самое восхитительное зрелище из виденных им в огромных заоблачных мирах!
Она шевельнулась и глаза её открылись.
- Дино, - радостно прошептала её губы, но глаза всё ещё были затянуты поволокой сна.
'Поверь тому, кто приходит в твоих снах' - донеслось из сонного забытья и глухо разлилось эхом.
- Ты мне снишься? - произнесла она еле слышно.
- Нет, - он с любовью смотрел на это нежное и хрупкое, как бабочка, создание. Как же он боялся её потерять!
- Не уходи, - попросила она и закрыв глаза, снова погрузилась в сон.
- Я теперь всегда буду с тобой!
- Отче наш, - взмолился он, устремив вверх глаза, - Отец небесный, я принимаю веру Твою. Она есть мой путь. Я принимаю законы твои вечные с любовью к тебе и делам Твоим. Господи, прошу дать мне надежду на спасенье Души моей и даровать мудрость твою для жизни на Земле и в Вечности. Аминь!
Дино ощутил, как аура вокруг его тела разгорается всё сильнее, из серебристо-серой она постепенно становилась ярче и ярче, воспылала золотом и впиваясь в тело, становилась второй кожей. Двигая руками над спящей, он собирал по крупицам из воздуха россыпь огненных искр, которые повинуясь его движениям собирались в мерцающий шар. Переливаясь и колыхаясь, как громадный мыльный пузырь, шар рос и превратившись в ярко-белый сгусток света повис над самой головой Лизы.
- Любимая, - воззвал Дино, вглядываясь в желанные черты, - пробудись к высшей жизни и следуй за мной!
Веки её зашевилились.
Усилием мысли Дино создал вокруг себя кокон света. Отливая пламенным светом оболочка, как вода, заструилась, обволокла их тела и, поглотив обоих, завращалась. Сквозь искристую сферу просвечивалось, как Дино, охваченный ярким пламенем одной рукой подхватил Лизу под голову, вторую просунул под ноги и, повторив волшебные слова, быстро приподнялся над кроватью. В руках он бережно держал эфемерное, отделившееся от физического, расшитое звёздочками хрупкое астральное тело.
- Любимая, - в третий раз произнёс он заветные слова и опустил руки, тело девушки продолжало висеть в воздухе, - пробудись!
Свет заполнил каждую клеточку его незримого Я, наполняя счастьем, силой и любовью.
Все звёзды мира взорвались в ликующем салюте, приветствуя очередного пробудившегося и осыпая дождём просветления всё вокруг. Сонмы ангелов вострубили славу вечной любви, а в блистающем ореоле из сполохов огня сияла неземной красотой Она, подобная Пречистой Деве и светлая, как сама любовь.
- Кингу! - вскричал Тарнхари.
- Урман! - выплыло из темноты лицо. - Я же просил звать меня так!
- Что это? - Тарнхари был взбешён.
Урман внимательно посмотрел на девушку и попытался увидеть, что же так расстроило чёрного. С широко открытыми, немигающими глазами она сидела в креслеи ,похоже, находилась в изменённом состоянии сознания.