— Да, да, вполне, — отозвалась Даяна. — Все в порядке. Мне было так скучно без тебя, что я решила немного поспать.
— Немного, — нахмурился лорд и дотянулся до полупустого пузырька с таблетками: — Ты это принимала?
— Да, — несколько раздраженно бросила та. — Они безвредны. На этой чертовой планете все, что пропускает внутрь себя женщина, абсолютно безопасно. Безопасно и безвредно для потенциальной матери, потенциального потомства. — И, встав, пошатнулась: — Немного голова кружится.
Лорд Геспард убрал пузырек в карман своего балахона и сурово, снизу вверх, посмотрел на жену:
— Ты беспокоишь меня, Даяна.
— Все в порядке, милый, — улыбнулась леди Геспард и, покачиваясь, побрела в санкабину.
Оказывается, она гуляла в своих снах почти трое суток. С полубессознательными отвлечениями на нужды тела и бездумными, бесконтрольными приемами пилюль. Только «внезапный» приезд мужа немного напугал ее и слабый выброс адреналина в кровь слегка прочистил сознание.
— Что со мной? — глядя на свое отражение в зеркале кабины, потерянно прошептала Даяна. Осунувшееся, исхудавшее лицо темнело впадинами глазниц, высохшие губы, казалось, чувствовали свою чужеродность и шевелились еле-еле. Спутавшиеся, нечесаные волосы лезли в глаза — Даяна напоминала восставшую из гроба. Пугливо разговаривая сама с собой и разгоняя тупую вялость словами, леди обращалась к отражению: — Ты должна все это прекратить. Жизнь — здесь. Там — зазеркалье, дурь, обман…
Но сказать оказалось легче, чем сделать. Прикроватный столик, с которого лорд Геспард убрал пузырек с таблетками, выглядел таким осиротевшим и ненужным, что Даяна, глядя в пустоту, чувствовала приближение слез.
Нет, нет, нет! Живи в реальном мире!
Подушка манила к себе, когда-то неудобное кресло принимало безвольное тело в ласковые объятия и дарило дрему.
Нет, нет, нет! Живи, смотри, чувствуй!
С усилием заставляя себя жевать, Даяна сидела за обеденным столом напротив мужа и со всей старательностью пыталась вникнуть в его рассказ об успешной охоте.
— Нора была огромной! Проводник забил камнями два запасных выхода, и тварь полезла на нас…
«Какая скука, — мерно пережевывая пищу, не удержалась в рассказе Даяна. — Нора, чудовище… А в том лесу так пели птицы!»
— И вот когда когтистая лапа уже опустилась на бедро проводника, я выбросил копье!
«Интересно, если я усну сейчас, с открытыми глазами, увижу лес на фоне лорда?..»
— Агония была ужасной!
«И маленький зверек у родника…»
— Ты меня не слушаешь!
— А… что? Конечно слушаю. «Агония была ужасной». Ты заказал мне новую сумочку из кожи рептилии?
— Нет, — буркнул муж. — Мы не варвары делать сумки из кожи живых существ…
После обеда лорд Геспард отправился наносить визиты в соседние посольства. Все еще чувствуя дурноту и слабость после трех дней неподвижной жизни, Даяна приказала себе сделать легкую гимнастику и долго сидела под теплыми струями пара в санкабине. Взбодрившись, она вышла на террасу и, промакивая влажные волосы полотенцем, остановилась у окна.
Через внутренний двор широким, размашистым шагом шел ее лорд. Полы длинного балахона путались в ногах, посол одергивал их со злостью, его губы сыпали неслышимые проклятия, — муж в ярости, сразу догадалась Даяна. Обычно сдержанный, законсервированный в надменности отпрыск клана Геспардов редко позволял себе терять лицо. Он не был, безусловно, человеком исключительных способностей, его сила была конкретно в умении владеть собой. Претендуя на высший пост Конфедерации Свободных Миров, лорд отдавал себе отчет — почти никогда во главе Конфедерации не стояли выдающиеся личности. Независимый блестящий политик не мог устроить многочисленные кланы аристократических семей. От Консула ожидали лишь одного — умения лавировать среди потоков чужих интересов и принимать решения коллегиально.
Незаурядные умы под эту категорию попадали вряд ли. Самодостаточный интеллект не выносил давления извне и оттого терял поддержку Совета.
Впрочем, исключения случались. Барельефы с чеканными профилями таких Консулов украшают зал собрания Конфедерации.
— Совсем все с ума съехали на этой чертовой планете! — Рыча и топая ногами, муж ворвался на веранду. — Фан и Жаовед приняли меня так, словно я пришел объявить им войну! Что здесь происходит, Даяна?
Этот вопрос лорд адресовал совсем не жене. Пройдя мимо нее, он домчался до столика с напитками, налил себе щедрую порцию вина и, залпом выпив, обернулся: