— И что же Вам сниться? – Незнакомец улыбнулся, будто уже зная, что ответит его собеседник. На второй же вопрос он предпочел не отвечать, да и сам Ариас решил не настаивать. Он давно понял, что это человек не совсем обычный, поэтому, наверное, глупо на его месте было задавать этот вопрос.
— Фигура, постоянно ускользающая от меня. Мне кажется, будто я знаю её. Точнее мне говорят, что я её знаю. Скажите, это ведь то, что я отдал Вам тогда, да?
— О чём это Вы? Что отдали? Я Вас не понимаю. – Незнакомец посмотрел на него удивлёнными глазами.
— Как это что? Своё воспоминание! – повысив голос сказал Ариас.
— Dio non voglia.[36] Как же можно отдать кому-то воспоминание? Вы что книжек перечитали? Или фильмов пересмотрели? Неужели Вы верите в такое? – он сказал это с какой-то насмешкой в голосе, так показалось Ариасу.
— Вы издеваетесь надо мной сейчас? – не выдержав, художник стукнул кулаком по столу.
— Нет ну что Вы, – расхохотался он, – Просто Вы задаёте так много вопросов. Mi fa arrabbiare.[37]
— Верните мне картину. Сейчас же! – Ариас уже перешёл на крик, нервы были не к чёрту. Этот человек сейчас говорил такие вещи и смеялся ему в лицо. Да кем он себя вообще возомнил.
Тут улыбка Незнакомца спала с лица. Вместо этого он стал серьёзным. Его глаза стали ещё темнее, в них читался некий азарт. Будто он говорил: «Игра обещает быть интересной». На его лице читалась решимость и непоколебимость, полная готовность противостоять своему противнику. Изводить его медленно, чтобы он молил о пощаде, а в итоге уничтожить его полностью.
— Спешу напомнить Вам, уважаемый художник, что Вы сами отдали мне её. Или я что-то путаю? Я забрал картину с условием, что она останется у меня. И Вы, насколько я знаю, получили желаемое. Un patto e' un patto.[38]
— Но я ведь отдал всего лишь одно воспоминание, так почему же я забыл всё полностью об этом человеке? Как будто его не существовало в моей жизни. Это правда моя сестра? Прошу, скажите мне, это правда она? Агата? Она правда существует? Я был на кладбище, Вы понимаете? Я собственными глазами видел её могилу!
— Я сдержал своё слово. Ваше имя снова на слуху, а на выставках мечтает побывать каждый. Вы получаете большие гонорары за свои портреты. Да и к тому же, Вы прекрасно развлекались со своим новым знакомым в последнее время, Киллиан кажется? Вас то не особо заботило то, что Вы не можете вспомнить ту, которая Вам сниться. – он вновь взял бокал в руки и отпил немного вина. - Но как говориться: Al povero mancano tante cose, all’avaro tutte.[39]
— Я должен был отдать лишь одно воспоминание. Одно! Вы же сами так сказали! - Ариас подскочил на ноги. - Я думал, что отдаю лишь одно!
— Да, так и было.
Незнакомец прокрутил бокал в руке, остатки жидкости медленно стекали по стенкам вниз, оставляя за собой еле заметные тонкие следы.
— Но с тем усердием и любовью, с которым Вы писали картину, смею утверждать, что Вы, мой дорогой друг, полностью вложили свои воспоминания в эту работу.
— Как такое вообще возможно?!
— Есть то, чем я не в силах управлять. И такое увы случается. – еле заметная улыбка проскользнула на его лице.
— Вы вор! Лжец! Вы всё знали с самого начала!
— Меня всегда удивляло, что многие люди уверены, что в этом мире всё дается им просто так. Что все им всё должны. Nessuno vi deve nulla.[40] –медленно выделяя каждое слово прошептал Незнакомец, – Bugiardo[41]? Я дал вам волю выбрать одно любое ценное воспоминание.
Но они ведь могут быть абсолютно любыми, не так ли? Просто они могут быть связанны, как и с самим человеком, так и с определенными событиями, может местами или объектами. Эта ценность зависит от значимости, которую человек сам вкладывает в это воспоминание. Вы могли бы нарисовать пейзаж, который случайно увидели одним днём, может он оставил глубокий след в вашей памяти, и вы бережно храните его. И я бы принял это, потому что для Вас даже это ценно. – Незнакомец ненадолго замолчал. Тучи начинали потихоньку сгущаться над домом, казалось будто это было вызвано его гневом.
— Но что выбрали вы? – он указал пальцем на Ариаса, – Неужели это я надоумил Вас на это? Вы сами решили избавиться от этого. Un ladro?[42] Разве можно назвать ворованным то, что было добровольно отдано? В каждой сделке можно найти лазейку, ну или подводные камни. Уж как повезёт!
Вдруг появились первые раскаты грома. Улица погружалась потихоньку во тьму, ветер начинал завывать в сё сильнее и сильнее.
— Как же Вы, люди, любите в своих бедах, винить других. Оправдываете себя и переносите ответственность за свои неудачи на других. – после этого он взял в руки стоявшую неподалёку трость, встал из-за стола, а после посмотрел в глаза Ариасу и сказал: