— Эй! — Леонард толкнул его в плечо. — Не смей засыпать! Я тебя вытащу, понял?
— Я не сплю, — пробормотал Ричард, едва слышно. — Просто... слишком тихо. Странно... как будто всё наконец остановилось.
— Не неси чепуху. Тишина — это ещё не конец, — процедил Леонард, затягивая последний бинт. — Мы выберемся. Я не позволю тебе умереть здесь.
Ричард с трудом приоткрыл глаза и посмотрел на него. В этом взгляде не было страха, только усталость и благодарность.
— Спасибо, Лео...
— Заткнись и держись, — отрезал Леонард, поднимаясь на ноги. — Солдаты нас не оставят. Я позову помощь.
Он обернулся, но поле боя было пустым. Там, где ещё час назад бушевала война, теперь лежали только руины и мрак. Вдали слышался гул артиллерийских орудий — враг, вероятно, перегруппировывался.
— Кто-нибудь! — крикнул Леонард в пустоту, его голос разнёсся по равнине. — Помогите!
Ответом была тишина.
Леонард снова опустился рядом с Ричардом, хватая его за руку.
— Я с тобой, слышишь? Ты не один.
Ричард кивнул слабо, его пальцы сжались вокруг руки Леонарда.
— Ты хороший врач, Лео. Даже слишком хороший для этого ада.
— Тебе нельзя говорить, — прошептал Леонард, чувствуя, как к горлу подкатывают слёзы. — Просто держись. Я тебя вытащу.
Но в глубине души он знал: время уходит.
2.2 Клятва в дыму
— Ричард, держись! — голос Леонарда дрожал, но руки оставались твёрдыми, продолжая фиксировать бинты.
Глаза генерала медленно закрывались, а дыхание становилось поверхностным. Его лицо было бледным, как пепел, и от этого Леонарда пробрала паника. Он не мог потерять его.
— Не вздумай уходить, ты меня слышишь?! — Леонард схватил его за плечи и слегка встряхнул. — Ты генерал Ричард, чертов командир, которому подчиняется весь этот проклятый батальон! Ты что, бросишь своих людей? Ты обещал им вернуться!
Тишина. Только ветер и далёкие раскаты взрывов. Леонард посмотрел в лицо друга и увидел, как дрогнули его веки. Взгляд Ричарда медленно сфокусировался на нём.
— Орал бы ты... потише, Лео, — хрипло прошептал он, уголки его губ слабо дёрнулись в подобии улыбки.
— Ты же чёртов упрямец, — Леонард чуть не рассмеялся от облегчения. Его глаза защипало от слёз, но он быстро их моргнул. — Сейчас тебя поднимут, слышишь? Я позову отряд, ты выживешь, Ричард!
— Тише... я здесь, — голос Ричарда всё ещё был слабым, но слова становились чётче. Он тяжело перевёл дыхание и на миг прижал руку Леонарда к своей груди. — Я... не уйду.
— Не смей. Я не закончил тебя отчитывать. Ты мне должен столько объяснений, что не хватит жизни, чтобы всё выслушать!
Леонард метнулся вверх, подхватывая из сумки сигнальную ракету, спрятанную для экстренных ситуаций. Его пальцы дрожали, когда он поджигал фитиль, и всполох алого света взметнулся в небеса, освещая дымчатое поле боя.
— Видишь? — выкрикнул он Ричарду, возвращаясь и вновь садясь рядом. — Они нас заметят. Тебя вытащат.
Ричард ничего не ответил, лишь слабо кивнул, его взгляд вновь затуманился. Но Леонард слышал его дыхание — слабое, но живое. Он сжал его руку так крепко, будто силой удерживал жизнь в теле друга.
— Не засыпай. Разговаривай со мной. Просто держи глаза открытыми.
— Лео... — Ричард прищурился, его голос едва слышно звенел. — Если... если я выживу... ты мне будешь должен бутылку старого вина.
— Чёрт с ним, хоть целый погреб! — Леонард усмехнулся сквозь слёзы и сжал его ладонь сильнее. — Ты слышишь? Ты не имеешь права умирать, ясно? Я сам тебе это вино налью.
Тревожный гул донёсся с востока — с этой стороны появилась группа солдат. Медики и разведчики, держа в руках носилки и аптечки, приближались к дымящемуся полю. Леонард замер, а затем поднял руку, размахивая ею над головой.
— Здесь! Скорее, он ранен! — его голос сорвался на крик.
Солдаты ускорили шаг, приближаясь. Леонард повернулся к Ричарду, его губы дёрнулись в нервной улыбке.
— Я же говорил. Всё будет хорошо. Ты обещал вернуться, так что не вздумай нарушить слово.
Ричард слабо кивнул, его пальцы чуть дёрнулись в руке Леонарда, как знак того, что он понял. Когда носилки опустились рядом, Леонард поднялся, уступая место санитарам.
— Бережно! Его нельзя трясти! — отчаянно выкрикнул он, словно мог удержать жизнь друга собственными силами.
Медики подняли носилки и понесли Ричарда в сторону импровизированного лазарета, оставляя Леонарда стоять посреди пустого, мертвого поля. Он провёл рукой по лицу, смахивая грязь и пот. Небо над ним всё ещё светилось от ракет, но теперь оно казалось не таким чёрным.