Он демон. Сверхъестественное существо. Он – скорость света, африканская ненасытность. Он несущийся по анафемскому прачечному желобу намазанный жиром гепард…
– Один!
Ухватившись за бампер «тойоты», Рой обогнул ее и, приземлившись на зад, скользнул за нее, разбросав угодившие Джеймсу в лицо камешки.
– Нога… – выдохнул он. – Ей оторвало ногу.
В нескольких футах от радиатора машины оседала туча пыли, и Джеймс не мог за колесом с пассажирской стороны разглядеть целиком девушку. Только ее вздымающиеся плечи и дергающуюся темную тень на песке. Затем услышал плач, слезливые причитания, словно маленькая девочка ободрала на игровой площадке колено и впервые в жизни увидела свою кровь.
– Ее нога… – Рой прижал к губам кулак. – Висит на одной ниточке.
– Я ее вытащу. – Джеймс перекатился на живот, чтобы проползти под днищем «тойоты». – Она близко, сумею втянуть ее к нам.
Снайпер расколол ей голову и прекратил рыдания. Джеймс всего не видел – только всплеск голубых волос за колесом и марево кровавых брызг. Тень за автомобилем осела. По пустыне прокатился далекий звук первого выстрела. Наступила тишина. Затем долетело эхо второго выстрела, тоньше первого.
В двадцати ярдах незнакомец включил сцепление джипа. Мотор взревел, покрышки зарылись в грунт, и лебедочный трос, пронзительно звякнув, приподнялся с земли. Бампер «акуры» застонал, и автомобиль, оставляя колеи, двинулся на заторможенных колесах. Джеймс подполз к водительской дверце «тойоты» и смотрел, как джип тащит за собой трос, столб пыли и плененную машину. Внезапно на заднем стекле автомобиля вспыхнул отраженный свет, и он заметил за ним какой-то предмет: широкие края, выступающие углы. Джеймс узнал виденный несколько часов назад красный указатель, отправивший его с дороги в объезд.
Это была подстава. И она сработала.
Джеймс стал противен себе. Надо было многое сделать по-другому! Постараться как-то помочь Глену в его последние жуткие минуты. Не проглядеть две дырки в корпусе «тойоты» размером с десятицентовую монету и сообразить, что мотор потек вдоль и поперек не просто так, а потому что в него попали двумя разрывными пулями. Должен был воспользоваться заложенной в навигатор функцией вызова экстренной помощи на дороге, прежде чем снайпер заметил его и вывел из строя. Не отговаривать Роя спасать невесту, когда та, корчась от боли, истекала кровью. Все разом нахлынуло на него, и он, поняв цену своих просчетов, прошептал:
– Прости, Эль.
Жена не слушала. Она сидела, словно в трансе, опустив плечи и сцепив пальцы на коленях. Не пошевелилась, когда он придвинулся к ней и обнял за плечи. Ее глаза блестели на солнце.
– В последние минуты своей жизни Эш слушала мой треп о змеях, – тихо промолвила она.
– Это хорошо.
– Ничего хорошего. Я со всеми говорю о змеях.
– Она только что видела, как убили ее сестру. Общаясь с ней, ты дала ей возможность отвлечься.
– Ну да. На змей.
Джеймс вздохнул. Он не знал, как помочь жене. Она на глазах цепенела, выглядела так, как два года назад после первого выкидыша. Тогда Джеймс вернулся домой с радиостанции и обнаружил ее сидящей на лестнице со сложенными руками. Подрагивала лишь верхняя губа, и то едва заметно. Потребовались все силы, чтобы пробить стеклянную стену, и это было только начало.
Здесь покоится Эль Эверсман…
Он вспомнил пьяно-монотонный голос Эль, когда вытаскивал ее из «субару». В четверг в два ночи машина стояла в гараже, и мотор работал на полных оборотах.
Здесь покоится Эль Эверсман, чья отравленная утроба рождает безжизненные трупики…
Это не было попыткой самоубийства – ее действия имели конкретную цель: в таком виде съездить на бензоколонку в Уэллесли за буррито. В то же время нельзя утверждать, что мысли о самоубийстве вообще не было в голове жены. Джеймс страшно разозлился на нее. Когда он нес Эль в гостиную и укладывал на диван, его руки тряслись. Она содрала с себя рубашку. У нее изо рта несло перегаром. Бессвязная речь напугала Джеймса – Эль бормотала как одержимая. Не дано ей детей, потому что ее матка, как поверхность Венеры. Потоки кислотных дождей, ядовитый воздух и серные вулканы… Возвращаясь в гараж, он слышал на фоне своих шагов ее гулкий, до странности лиричный голос. Вулканы расплавленной серы и образовавшаяся из незаметных смертей атмосфера… Джеймс заглушил мотор и поднял гаражные ворота. К тому времени, когда он вернулся в гостиную, Эль уже спала на диване.
Правильнее всего было бы на следующий день обсудить случившееся, но утром Джеймс не стал вспоминать о вчерашнем. Ждал, чтобы Эль заговорила сама, но этого, разумеется, не случилось. Тему похоронили дни, потом месяц, затем еще три. А вскоре у соседа взорвалась нарколаборатория, и их мир изменился. Во взлетах и падениях их отношений инцидент с «субару» стал просто одной из нижних точек. Джеймс благодарил Бога, что в их доме не было оружия, иначе та ночь могла бы закончиться по-другому.