Ударил боек. Щелк!
Эль закрыла лицо ладонями.
– Браво. – Тэпп усмехнулся. – Ну, как ты хочешь, чтобы он закончился?
– Хочу ехать с женой в Оклахому. – Джеймс разжал пальцы, и бесполезный револьвер стукнул о дорогу. – Мы оставили работу, друзей, привычное окружение. Покинули то место, потому что нам больше не нравилась жизнь. И, если честно, даже мы сами перестали нравиться друг другу. Вот и решили перезагрузиться: новый дом, новые люди – все новое. – Его глаза увлажнились. – Мечтали, чтобы у нас была полноценная семья. Надо было продолжать попытки. Не знаю, может, в другом месте нам бы больше повезло.
Эль стиснула его плечо. Джеймс не хотел, чтобы она видела, как он плачет, и отвернулся к янтарному огню заходящего солнца.
– Речь о детях? – уточнил снайпер.
– Да.
– Почему вы не могли завести детей?
– По медицинским причинам.
– Сочувствую, – вздохнул Тэпп.
– Нет, не сочувствуешь, – покачал головой Джеймс.
– Ты прав – не сочувствую. – Стрелок едва слышно сплюнул, и его голос снова трансформировался. На сей раз – как содержимое пакета с молоком сворачивается при комнатной температуре, превратился в нечто непрозрачное и кислое. – Благодарите Бога, что у вас нет детей. Иначе мне пришлось бы застрелить их последними, чтобы они видели, как умирают их мама и папа.
Джеймс прижал рацию к зубам и, ощутив отразившееся от корпуса, собственное горячее дыхание, вдруг произнес:
– До исхода дня я убью тебя, Уильям Тэпп.
Джеймс был готов это сделать.
Глава 14
В миле от него выходил из себя снайпер. В голове, словно попавшие в силок птицы, трепыхались раскаленные добела эмоции и полуоформленные мысли, недостаточно выраженные, чтобы стать реальными, и он пытался загнать их в эхокамеру внутри собственного мозга.
«Ладно, Джеймс. Уговорил. Давай рассмотрим, какие у тебя варианты.
Если ты побежишь… умрешь.
Останешься за машиной… тоже умрешь.
Даже если совершишь невероятное – то, чего никому не удавалось, – пересечешь сотни метров склона прерии, переправишься через русло, поднимешься на четыреста метров к моему насесту на отвесной скале и потянешься своими кровавыми руками к лику божьему… имей в виду, что бог в безопасности, ему помогают, и он вооружен.
Ты все равно умрешь».
Повинуясь кошачьему рефлексу, Тэпп открыл затвор и поймал в воздухе выброшенную гильзу. Затолкал до полного в черный десятизарядный магазин три собственноручно снаряженные патрона, а одиннадцатый поместил в патронник. И долго смотрел на поблескивающий золотистый снаряд с идеальным аэродинамическим закруглением. Затем дослал в ствол и, закрывая затвор, напомнил себе, что Джеймс Эверсман, несмотря на свою пугающую непредсказуемость, по-прежнему в 1545 метрах от него.
– Вот как мы поступим, – сказал Джеймс. – Поставим коробку передач «тойоты» на нейтралку и покатим машину к нему.
– Ты серьезно? – ахнула Эль.
– Рой, ты ведь работал с автомобилями?
Тот кивнул.
– Отлично. Проблема в том, что я не могу переключать передачи, потому что у меня нет ключей. – Джеймс постукивал по дверце костяшками пальцев. План был чистой импровизацией, пришедшей в голову, пока он говорил. – Сумеешь это сделать с неработающим мотором и не пользуясь ручкой?
– Да, – ответил Рой. – Только нужно залезть под днище.
– Много времени займет?
Рой расстегнул «молнию» на инструментальном ящике.
– Ничего не могу обещать.
– У нас минута, может, две. – Джеймс покосился в сторону. Незнакомец карабкался вверх, продираясь сквозь коричневато-желтые кусты, и внимательно осматривал землю. Одна рука прижата к кровоточащему животу, в другой – найденная деталь револьвера – массивный ствол. – Наше время – пока он ищет разбросанные части. А потом вернется и… всех нас прикончит.
– Где угодно, только не здесь, – прошептала Эль.
– Хорошо. Где угодно, только не здесь.
– Что дальше? Есть какие-нибудь мысли? – Рой крутил в руках отвертку.
– Да. – Джеймс смахнул с глаз песчинки и указал на местность за радиатором автомобиля. – Будем толкать, пока он не покатится, тогда запрыгнем внутрь. Доедем до самого низа, к тому сухому руслу. Видишь? В той части долины темная зона.
– Эта темная зона прямо у порога снайпера, – нахмурилась Эль.
– В этом весь смысл. – Джеймс заставил себя улыбнуться. – Не исключено, что он со своей верхотуры не сможет нас под таким углом различить.