Под подошвами хрустела фольга. Джеймс стоял в разноцветном море оберток от конфет. Такие же были кучами свалены на верстаке, рассованы по ящикам и щелям. Вываливались через верх из картонной коробки, которая здесь, видимо, служила мусорным ведром. Зеленые, красные, синие, фиолетовые. Джеймс подобрал одну и прочитал шутку: «Что одновременно красное и синее?»
Перевернул обертку.
«Пурпурное. Ха-ха-ха. Умора!»
Слева из темноты на него смотрело человеческое лицо.
Сердце словно провалилось на пятьдесят этажей вниз, и он резко повернулся в ту сторону. Скрипнули подошвы его ботинок. Джеймс направил потолочный светильник в сторону лица и с облегчением вздохнул – оно оказалось не человеческим, а лишь грубым подобием, металлической чеканкой с темными лужицами тени во вдавленных глазницах. За ним были и иные. Скрюченные силуэты, похожие на толпу ослепленных ипритом, ползущих и бредущих на ощупь солдат Первой мировой войны. Одни с по-человечески плавными линиями, другие геометрические, с острыми углами, сложенные у дальней стены подобно складным стульям, они рядами упавших костяшек домино подкрадывались к краю круга света. Хорошо был виден только первый: бесформенный торс на стойке без рук и без ног. Все они являлись металлическими мишенями, испещренными гроздьями вмятин от пуль. Тэпп собрал их десятки и расстрелял по ним сотни тысяч патронов, прежде чем взяться за людей.
Гул, который Джеймс слышал снаружи, внутри был громче, на слух ниже тоном, точно катался по стенам. Он напомнил ему газонокосилку, исходил откуда-то из глубины и будто манил к себе. Помещение имело форму буквы L, и за образованным стеной поворотом открывалась отдельная комната, озаренная слабым радиоактивно-зеленым сиянием. Миновав местную подсветку, Джеймс снова нырнул в темноту и двигался, вытянув вперед руки. За спиной желтые отблески, впереди зеленое марево, все остальное черно, как вечность. Ощущение было таким, словно он спустился в угольную шахту.
Пальцы дрожали, колени подгибались, спина покрылась холодным по́том. Господи, как же ему хотелось писать!
Крепись. Ради Эль.
Джеймс понимал, что она уже бежала. Беззащитная маленькая точка в темной прерии Тэппа. Каждая секунда на счету. Выстрелов он пока не слышал, и это свидетельствовало о двух важных моментах: во-первых, Эль пока жива. А во-вторых, их рискованная игра себя оправдала – Тэпп в темноте не видел.
Мобильный телефон пикнул – низкий заряд батареи, – и Джеймс от выброса адреналина чуть не опрокинулся навзничь.
Завернув за угол, он заметил источник еще усилившегося шума: в железной клетке содрогался работающий электрогенератор. К глушителю был небрежно прикручен лентой тянувшийся под стену вентиляционный отвод. Рядом стояли четыре канистры с красным топливом, на полу поблескивала лужица. Тут же обнаружился источник зеленого радиоактивного излучения – среди оберток от конфет, точно неземные гусеницы, лежали две светящиеся трубочки.
Дальше располагался металлический ящик с двумя открывающимися нараспашку дверцами, и сердце Джеймса дважды екнуло. Оружейный шкаф. Он дернул обе дверцы – одна перекосилась, другая скрипнула – и увидел несколько стволов, в том числе черную армейскую «М-16» или очень похожую на нее винтовку. Все стояли вертикально, пахли маслом, порохом и мореной древесиной. За оружием ухаживали – чистили, аккуратно хранили, смазывали квадратными кусочками материи, подобно тому, как любитель моделей поездов ревностно бережет свою коллекцию. Джеймс схватил черную винтовку, но вынуть ее не позволила запорная планка и продетый в спусковую скобу тросик. На цифровом замке было три диска. Джеймс попробовал пару комбинаций наугад и разочарованно вздохнул.
Мочевой пузырь готов был вот-вот взорваться, и, прежде чем продолжать что-либо делать, следовало разобраться сначала с этим. Прикинув иные возможности и ничего не обнаружив, он облегчился в оружейный шкаф Тэппа, испытав несказанное удовольствие. Специально целил в «М-16» и отошел на шаг, чтобы не попасть под собственные брызги. И под барабанные звуки упругой струи прикусил губу, чтобы не рассмеяться, – все очень серьезно, речь идет о жизни и смерти, сегодня уже погибли люди, – но представил, как Тэпп приходит за фонарем или чем-нибудь еще и замечает эти потоки на своем драгоценном оружии. Как тут сдержаться?
На крышке оружейного шкафа лежало что-то плоское с логотипом «Моторолы». Зарядник вроде того, каким пользуется Эль для своего айпода. Устройство имело три розетки для раций, в которых они заряжались в вертикальном положении. Гнездо было занято. Одна рация у Джеймса в кармане, другая у Тэппа.