Вот только такой моей езды УАЗ совсем не оценил и пару раз чихнув, так, что телефон слетел с панели куда-то на коврик, заглох. Я моргнула несколько раз, не веря своей удаче, повертела ключ зажигания, но машина всё проигнорировала. Чертыхаясь, долго искала в темноте телефон. Успела вспотеть и намочить коленки штанов, прежде чем открыла капот.
— Осталось самое сложное, вспомнить, где находится стартер, — приободрила я саму себя.
Темнеющий лес и болота отвечали пугающей тишиной. Раньше хотя бы жучки всякие стрекотали, а тут будто вымерли все.
Щуп, как назло, не хотел вылазить один из салона, цеплял какой-то плед на сиденье, потом перевернул сумку с пробами, поправлять наведённый порядок совершенно не было желания, поэтому вооружённая вернулась к капоту. Долго светила фонариком, вглядывалась в мотор УАЗика, в трубочки, радиатор и никак не могла вспомнить куда стучал Алексей Петрович.
— Может я по всему постучу и тебе полегчает?
Вздохнула и стала медленно опускать щуп, но он словно живой уткнулся в трубочку, изогнулся, выскакивая из рук и стукнувшись о мотор стал упрыгивать к болоту, будто превратился в змею и хотел поскорее укрыться в подходящей среде обитания. Я смотрела как металлическая трубка, неслась в трясину и не знала, что делать, только подсвечивала её путь фонариком телефона.
— Да вы издеваетесь, — прошипела, когда щуп наконец плюхнулся набок.
Он поблёскивал в свете фонарика и медленно погружался в болота. На всякий случай упёрла телефон в щель капота и вооружившись рядом валявшейся веткой стала вытягивать щуп. Но тот, как назло, не поддавался и продолжал идти ко дну. Я уже не скрываясь материлась. Лезть в болото не хотелось совершенно.
— Да чтоб тебя черти… — запнулась, я невольно повторяя ругательства Явдохи.
Отбросила ветку и вздохнув всё-таки шагнула в болото, предварительно прощупав место. Второй шаг уже рядом со щупом, который норовил вот-вот скрыться в мутной воде. Бросила его к машине и стала медленно разворачиваться. Но в шаге от твёрдой земли я застыла, передо мной стояла Явдоха и улыбалась.
Я вдохнула воздух, не зная, как реагировать. Старушка совсем по девичьи хихикала, а я не замечала, что медленно проваливаюсь. Болото засасывало меня.
— Вы что делаете?
Явдоха замерла всего на секунду и растянув морщинистое лицо в улыбке, почти ласково проговорила:
— Учу.
— Что?
Дёрнулась и почувствовала, что уже по пояс увязла. Вскрикнула, дёрнулась снова, но это сделало всё только хуже. Болото быстрее и резвее тянуло меня вниз. Подняла руки и потянулась к небу, к противной старухе.
— Да помогите мне!
Но Явдоха не желая слушать развернулась и пошла по своим делам. Взвыла словно загнанный зверь, сколько ни дёргалась в разные стороны, ни кричала, ничего не помогало. Тело уже по грудь погрузилось в трясину. Закидывала руки и хваталась за воздух, тянулась к берегу, но он будто становился всё дальше. Одежда быстро намокала, неприятно липла к телу.
— Да будь прокляты эти болота!
Крикнула в сердцах, когда мои уши залила холодная и противная вода. Поморщилась. Взгляд давно уставился в звёздное небо прямо над головой. Не на это я рассчитывала, учась на эколога, не такую судьбу себе хотела.
Глава 3. Пробуждение
— На удачу от проказы…
Скрипучий старческий голос упорно шуршал в голове и медленно вылавливал из сна. Морщилась от яркого света, слепящего плотно сомкнутые веки. Тела не чувствовала совершенно, голова чугунным молотом давила неудобные доски, что-то впивалось в лопатки, отчего пульсация болезненно расходилось по коже.
— Домовой, — голос пошаркал, — дух невидимый, но выгаданный.
Мою голову приподняли, а к губам приложили шершавую плошку. В горло полилось горькое, с привкусом плесени тёплое варево. Закашлялась и снова поморщилась, нос защекотало. Веки нехотя открылись, сквозь пелену было плохо видно, но комнату узнать не получалось.
Луч солнца пробивался через щель в ставне, осветив стол, заваленный сушёными травами. Над головой висел рушник — не с цветами, а с вышитыми змеями. Я протянула руку к ткани и узоры шевельнулись словно живые. Какой странный сон. Отдёрнула руку.
Но запах дёгтя и печёного хлеба были слишком реальными. Совсем рядом стояла незнакомая старушка, в серой свободной рубахе с красными узорами на рукавах и шее, очень похожие на змей с рушника. Пышной юбкой такого же цвета и длинным передником, расшитым цветами в самом низу. И лапти на ногах. Бабуля широко улыбнулась и сунула мне в руки глиняный горшок.