— Мала таго што вы у будучыне зусим неведаюшчые, дык яшчэ и слухаць не хацице.
— Всё я знаю, — мотнула головой, — и слушаю внимательно, только вы всё равно чушь какую-то несёте.
Явдоха вздохнула, сняла котелок с печки и поставила рядом со мной на стол. Я наклонилась подальше, боясь, что со злости это варево окажется на мне. Но вместо этого ведьма вылила грязную воду из тазика, налила новую и разбавила черпаком из котелка. Мне показалось, что внутри всё зашипело, вспенилось, будто в потемневших частях что-то забурлило, словно живое. Но стоило моргнуть, и передо мной в тазике плавала лишь слегка желтоватая вода.
— Сунь нагу!
Я медленно опустила пальцы, вода была тёплой и приятной, но как только достигла пореза, неприятно защипало. Попыталась вытащить, заойкала, но Явдоха надавила на колено и взглядом приказала терпеть. Закусила губу. Щипать быстро перестало.
Не проронив ни слова, меня решили покормить. Ведьма поставила на стол плошку с варёными яйцами, пододвинула ко мне соль. А ещё через несколько минут рядом оказалась плоская тарелка с ароматной, разваренной картошкой, которую Явдоха предварительно посыпала толчёными травами.
Я заглядывалась, но не решалась взять ложку. Рот медленно наполнялся слюной, живот заурчал. Если верить бабуле Анне, я провалялась без памяти несколько дней, и всё это время она старательно отпаивала меня мухаморовой настойкой. Сглотнула и подняла взгляд на Явдоху.
— Што трусиш? — она улыбнулась и взяла яйцо из плошки.
Ловким движением разбила скорлупу о край стола, подковырнула и быстро очистила. Макнула в соль и надкусила. Я не боялась, что еда будет отравлена, скорее не верила. Совсем недавно она не хотела вообще никак помогать и до сих пор говорит загадками. Взялась за деревянную ложку и, выловив картошку, поднесла к носу. Ярко-жёлтая, ароматная, от неё струился белый пар. Подула несколько раз и в нетерпении сунула в рот.
Картошка была обжигающей и тут же опалила язык и щёки. Поморщилась и вывалила её обратно, часто дыша, пытаясь хоть как-то охладить рот. Явдоха засмеялась и, съев вторую половинку яйца, поднялась. Она вышла с глиняным кувшином и невысоким стаканом, налила молока и подвинула ближе.
— Бядовая ты, не выжвешь у нас, — мотнула головой, глядя, как я залпом осушаю стакан.
— Да у кого, у вас? Что вы постоянно загадками говорите?
Я морщилась, шевеля обожжённым языком, и смотрела на предательскую, но такую соблазнительную картошину на ложке. Явдоха присела и, уперев щёку в ладонь, вздохнула.
— Неразумная як цялё, яй богу, — она мотнула головой.
Медленно сглотнула. Я либо схожу с ума, либо действительно та старая ведьма что-то со мной сделала.
— Алесь, кали знайшоу цябе адразу да мяне прынёс, — начала свой рассказ Явдоха.
Я медленно ела, и только это сдерживало клубок из паники и страха внутри. Алесь — старший сын бабули Анны, нашёл меня на берегу Кантемировских, как раз в конце той тропинки, что я сегодня успела изучить. Лежала вся грязная, почти не дышала. Явдоха даже и не надеялась, что оклемаюсь, сразу видела, что со мной что-то не то, но Анна решила иначе и заботливо, и кропотливо следовала всем рекомендациям молодой ведьмы.
— Ня ведаю я што здарылося але не у сваё врэмя ты трапила.
Этот вердикт навалился на меня тяжёлым крестом, нагнул голову к земле. Она не знает, что случилось, но так уверенно заявляет что-то совсем безумное. Я выплыла не в свое время? Кусок яйца застрял в горле, шкрябал и будто кусал. Закашлялась и хрипло отозвалась.
— Хватит, прекратите этот розыгрыш.
Мозг упорно сопротивлялся, но вспоминал, как я шла по тропинке, как Анна назвала эту деревню Борками. Как каркал и странно смотрел на меня огромный ворон. Я вздрогнула всем телом. Явдоха нахмурилась и не сразу решилась мне что-то ответить.
— Не ведаю хто, але у нядобры час табе адправили, — она покачала головой и, подперев подбородок, уставилась в щель штор.
Я так и застыла с ложкой у рта. Всё-таки эта не та старая Явдоха и никак они не связаны между собой? Уверенность, с которой мне уже не первый раз повторяли о другом времени, а ещё этот антураж вокруг. Неужели это правда?
— Но как это возможно? — прохрипела я.
— А мне адкуль ведаць? — Явдоха пожала плечами, — каму дарогу перыйша у таго и пытай.
Я скривилась. Да как же мне найти теперь эту полоумную ведьму. Единственная, кто была бы способна на какую-то магию — старая Явдоха. Я сжала ложку в руке.